Как проходит подсчет голосов?

408

Начитавшись о возможных фальсификациях и немного изучив закон Украины "Про выборы народных депутатов", я решил вооружиться журналистским удостоверением и воспользоваться своим правом присутствия во время подсчета голосов на одном из избирательных участков.

На самом деле, официальной корочки работника СМИ вполне достаточно, чтобы быть в помещении для подсчета голосов с практически теми же правами, которые имеют официальные наблюдатели. Ну, разве что акты нельзя составлять и бланки не надо подписывать.

Но снимать на камеру, указывать на правонарушения и, в самом крайнем случае — вызывать наряд — конечно, можно. В конце-концов, это должно было быть интересным.

Участок я выбрал из числа тех, что поближе — школа на углу Десятинной и Владимирской, Шевченковский район, 223-й округ. Место для голосования, в достаточной степени начиненное бывшими и существующими государственными деятелями, в последний час своей работы показалось достаточно скучным и рутинным. Члены комиссий принимали последних голосующих, наблюдатели откровенно скучали. Ближе к закрытию участков появилось две делегации иностранцев — от посольства США и от ОБСЕ. Ну все, подумалось мне, зря только время потрачу, все будет честно, а значит — скучно.

Но нет.

Все началось с прослушивания гимна Украины с айфона одного из членов комиссии. Странно, но в той обстановке это было похоже на шаманский ритуал, "намаливание" правильного результата перед Небом.

Заклинание, наверно, помогло слабо, потому что сразу после него у работников комиссии все пошло невпопад. Они забывали закон о выборах, плохо помнили регламент, путали фамилии кандидатов и просто были ужасно подготовлены. Неиспользованные бюллетени гасили по паре штук тупыми канцелярскими ножницами.

Где-то два с половиной часа члены комиссии до странного долго делали простую и механическую работу.

Практически сразу они единогласно проголосовали за то, чтобы всех наблюдателей отодвинуть от стола на три метра. Тонкая душевная организация членов комиссии страдала от того, что кто-то стоит прямо над ними. Но поскольку нет такой нормы в законе (достаточно просто не мешать физически), наблюдатели справедливо ткнули им под нос соответствующую статью. На английском языке, американцы с собой принесли. На что работникам избирательного процесса было откровенно плевать. Они сослались на решение своего голосования.

 

- Вы что считаете, что ваше решение имеет силу над украинским законом?

- Да! — ответила мне заместитель председателя комиссии, слегка хамоватая молодая девица.

 

Это уже стало интересным. Американцы (три женщины и переводчица) начали немного нервничать, и вместе с фотоаппаратами нарочно подошли ближе к столу.

Завязался спор, в ходе которого один из участников избирательного процесса в черном костюме и с лысой головой отпустил в сторону международного наблюдателя что-то вроде: "Слыш ты, едь в свой отель!".

Силы сложились не в пользу наблюдателей и пришлось пойти на попятную. Правда, пометки в отчетных листах иностранцы принялись ставить особо активно.

Подсчет бюллетеней прошел тоже как-то ну... не совсем открыто. По закону, каждый бюллетень надо поднимать, показывать всем отметку, складывать в отдельную стопку и тут же считать. У нас на участке их просто разбросали по столу в разные стопки, почти как карты в блекджеке, бубня при этом под нос названия партий, за которые подан голос. Все более активные и недовольные замечания наблюдателей члены комиссии просто не слышали.

Стоит отметить, что при этом постоянно путались стопки (Ой, а куда "Зелену Планету" положить?), путались фамилии и названия партий. А сами члены комиссии позволяли себе выходить курить, кто-то (не уверен, но есть у меня подозрения) остограмиваться, кто-то просто просился в туалет. В целом не хватало только пива и музыки для полноценной атмосферы непринужденной вечеринки.

Отдельно выделялся глава комиссии. Толстеющий лысоватый мужчина, "немного за сколько-то там" с грустными и постоянно бегающими глазами. Он носился вокруг стола с подсчетом. Размахивал недействительными бюллетенями (такими, на которых находчивые украинцы заполняли все галочки или писали большие два слова "Против всех") и тыкал их в камеры. Ставил на голосование посреди подсчета какие-то вопросы, которые по несколько раз переголосовывали, потому что кто-то не услышал, не вовремя поднял руку, проспал, не понял смысла вопроса. При этом данный персонаж очень много и подолгу с кем-то разговаривал по телефону, позволяя себе отходить на 20-30 минут. В общем, все делалось для того, чтобы затянуть, запутать, изморить и саботировать.

С горем пополам, в четвертом часу ночи комиссия закончила подсчет бюллетеней. По спискам первой оказалась ОО, потом "Свобода", с небольшим отрывом "УДАР", затем коммунисты и ПР. По мажоритарке побеждал свободовец Левченко (261), вторым был Пилипишин (206), затем "УДАРовец" Брицкий (154), писатель Олесь Бузина набрал 50. Запомните эти цифры.

Затем комиссия огласила результаты и... работа встала. Секретарь уселась за столом и стала что-то подсчитывать, глава и вовсе куда-то пропал. А члены комиссии просто сидели за столом и смотрели друг на друга. По официальной версии они подбивали баланс — надо, чтобы количество посчитанных голосов сходилось с количеством выданных бюллетеней. И когда наблюдатели заволновались — сколько можно считать, утро скоро — оказалось, что есть нестыковка на 11 голосов. Ну, бывает, конечно, все мы люди, ошибиться можем. Что в таких случаях надо сделать? Пересчитать, конечно же. Но зачем же такие простые решения?

Глава комиссии снова куда-то пропал на час, потом вернулся. Достал из ящика три запечатанных пакета с голосами, разбитые по кандидатам. Повертел в руках, явно не понимая что с ними сделать. Понес в кабинет к директору (каково, а?), но вместе пошли члены комиссии от нескольких партий и наблюдатели. Там он в присутствии всех снова постоял с ними руках, растерянно посмотрел на них и вернулся в общий зал. Там он заявил, что согласно новым данным у Пилипишина теперь 186, у Бузины — 60 и таким образом равновесие выдержано, все сходится и снова куда-то убежал.

Подсчет голосов в стиле "ну вот теперь у него будет столько-то, если у нас не сходится" мало кому понравился. К сожалению, внимательные американцы уже ушли, "отправились в свой отель". То ли сделали все выводы из этого бардака, то ли просто устали. Дело шло к пятому часу утра. Половина членов комиссии по непонятным причинам стала резко дружелюбнее к нам относиться (что тоже странновато) и тоже требовать пересчета. По одной пачке, аккуратно, с вниманием.

Толстяк с грустными глазами уступил, но начал вскрывать все пакеты, хаотично бросая на стол бюллетени. "Вы хотели пересчитать, так вот теперь пересчитывайте!", — почти истерично взвизгнул он. Зачем это было нужно, стало понятно почти сразу. После того, как главе ДВК пригрозили вызовом милиции, наблюдателей пустили стоять прямо над головами у считающих. Стопка Пилипишина уцелела при падении и в ней при внимательном пересчете обнаружились интересные вещи. Точнее бюллетени.

Сначала бюллетень соседнего по списку кандидата (ну мелочь, казалось, бы) потом несколько таких, которые были признаны недействительными. Ну и, наконец, почти сорок голосов за Олеся Бузину. Кроме того, на пару десятков "галочек" выросли показатели у более мелких кандидатов. В результате в сумме Пилипишин набрал на нашем участке 109 голосов, а Бузина — около 90. Почти вровень. Олесь Алексеевич, вы должны гордиться таким результатом.

У Левченко и Брицкого — показатели остались неизменными. Лишь у "УДАРовца" прибавился один голос.

Стоит отметить, что ввиду такой чехарды с цифрами, корректор стал самым востребованным канцелярским инструментом в ту ночь на нашем участке. Члены комиссии постоянно правили свои бланки. Конечно же, ни для какой отчетности кроме внутри-штабной, и то с натяжкой, такие исправленные документы не годились. И после того, как заново пересчитанные мешки упаковали в коробку, у этих ребят, которые организовывали выборы, ушло еще полчаса на заполнение новых.

И тут секретарь снова села подводить итоги у себя в протоколах. Ну вроде бы уже все сошлось, но стойкая бабушка в очках упорно что-то считала у себя в бумажках и злилась, когда ее подгоняли.

А подгонять было куда, потому что на улице светало. Спать можно было уже не ложиться. Все устали и хотели уйти, чего нельзя было сделать без заполненного протокола с мокрой печатью. Когда дело стало близиться к мордобою, глава комиссии и секретарь сдались, подписали протоколы и отпустили наблюдателей. Оговорившись, правда, что в ОИК в них могут внести корректировки или завернуть. Тогда надо будет прийти снова.

Что случится с этими протоколами в ОИК, доподлинно неизвестно. Понятно только одно, что прогноз относительно вероятности правильного подсчета — неуверенный. Как сообщили по телефону знакомые с другого участка в этом же районе — там тоже возник конфликт с голосами за Пилипишина, но в чем он заключался, я точно сказать не могу.

Правдивость моих слов могут подтвердить наблюдатели из миссии ОБСЕ, работавшие на этом участке и мужественно досидевшие со всеми до конца. К сожалению, я по неопытности не записал их имена.

И в заключение. Если такое происходило в самом центрехоньком центре города Киева, на глазах сразу у двух миссий международных наблюдателей, то как они считали голоса в Крыму, Донецке, Виннице, Чернигове и Черкассах? Я не верю в официальные цифры результатов выборов. Не спешите и вы делить симпатии населения, на "треть" и "почти половину". Есть сильное подозрение, что эта треть значительно меньше, чем мы думаем.

По материалам delo.ua