БЭП нужна перезагрузка

387

Уже не один год понималась тема разделения полномочий по расследованию финансовых преступлений, которые распределены между СБУ, полицией и ГБР. Генпрокуратура отмечает, что только в 2019 году было зафиксировано более 1200 уголовных дел только по уклонению от уплаты налогов. Но из всех этих дел обвинительный приговор суда вынесен лишь по десяти делам. Получается, что никакой серьезной работы по финансовым преступлениям не проводилось. Именно для этого было создано специальное Бюро экономической безопасности, и уже появились и первые итоги его работы.

В процессе создания ведомства серьезной проблемой оказались кадры, от которых все и зависело, и уже на этом этапе начались проблемы. Конкурсная комиссия по отбору кандидатов была полностью подконтрольна Банковой. Главой комиссии стал Тимофей Милованов, дружный с главой офиса презиеднта Ермаком. В результате на конкурсе победил бывший налоговик Вадим Мельник. Антикоррупционеры и вовсе утверждали, что ключевое решение о назначении Мельника утверждал Олег Татаров, хотя больше было похоже, что решение принимал лично Ермак. Впрочем, известно, что Мельник все же знаком с Татаровым. С его кандидатурой был согласен и тогдашний советник офиса президента Сергей Шефир. Фактически произошла подмена профессионализма лояльностью, и очевидно серьезной работы в таком случае можно было не ждать.

Уже на этапе отбора руководства можно было посчитать, что Бюро экономической безопасности вряд ли будет работать независимо и без оглядки на Банковую. Затем и отборы детективов и аналитиков в БЭП также проходили достаточно сомнительно. Не было предварительного утверждения необходимых нормативно-правовых актов. Более того, не было даже регламента работы конкурсной комиссии, не было принято и положения о порядке прохождения службы лицами со специальными званиями и даже самого перечня должностей со спецзваниями не существовало. Затем последовали безосновательные отказы на допуск кандидатов на конкурс по формальным признакам. Вместо этого проходили формальные конкурсы, которые утверждались членами конкурсной комиссии. Формализм дошел до того уровня, что за день проводилось до сотни собеседований, то есть каждому кандидату уделялись считанные минуты вместо положенных 30-40, потому работа комиссии составила не 500 часов, а всего 16 с перерывом на обед. Фактически за сутки проверили сотню кандидатов. Так, например, при отборе кадров в ГБР проходило не более двух десятков собеседований – примерно такое же количество комиссия рассматривала и при переаттестации прокуроров.

Проблемы при конкурсном отборе в БЭП не оставили без внимания даже представители консультационной миссии ЕС и отметили несоответствие не только процедур, но даже самого состава комиссии. Стоит отметить, что участвовать в таком составе отказались представители Совета гражданского контроля. Более того, в само Бюро решили устроить закрытые конкурсы для переведения на должность уже трудоустроенных работников. В связи с этим члены Гражданского контроля при БЭП обратились к премьер-министру в конце прошлого года и попросили провести независимую оценку эффективности такой работы, но никакой реакции не следовало. Нарушения носили массовый характер. Так, например закон «О БЭП» требует, что бы кандидаты на должности со спецзваниями проходили полиграф, но большая часть кандидатов от этого просто отказалась. Кроме того, несмотря на требования закона, Вадим Мельник изменил процедуру и сам порядок. То есть полиграф поставили во вторую очередь после собеседования.

Но в завершении Мельник пошел и на вовсе беспрецедентный шаг. Он провел назначение двух одиозных персонажей – одного из руководителей МВД при Януковиче Николая Чинчина, до нынешнего времени пребывавшего под люстрацией, но дружного с Татаровым и экс-прокурора Виталия Гагача, которого нардеп Ярослав Мельник называл кумом Татарова. Также одним из руководителей детективов был назначен Александр Ткачук, также работавший с Татаровым. В итоге БЭП просто переполнилась «татаровскими кадрами».

Из этого следует низкая эффективность структуры, которая оказалась под полным политическим влиянием из-за непрозрачных процедур кадрового отбора. За год в БЭР открыто около 500 дел, при этом подозрение вручили лишь 40 лицам, а обвинения – 26. В суд попало всего 12 дел, но ни по одному не вынесен приговор. Даже ранее до разделения эффективность была выше. Так для сравнения НАБУ только за первый год работы добилась 12 приговоров. В качестве компенсации в бюджет БЭП вернуло лишь 33 миллионов гривен, при этом на само содержание этой структуры их бюджета потрачено в десять раз больше. При всем этом парламентская следственная комиссия регулярно получает жалобы от бизнеса, связанные с незаконным давлением БЭП.

Но страдает не только практическая работа детективов – есть проблема и с аналитиками. После всего этого БЭП еще и перевело свои кадры на четырехдневную рабочую неделю. Эксперты считают, что единственным способом исправить ситуацию является принятие нового закона с четким подходом по формированию конкурсной комиссии, назначению кадров и руководства БЭП по прозрачной конкурсной процедуры с обязательным участием международников и проведением переаттестации всех детективов и аналитиков в структуре. Без полной перезагрузки Бюро его эффективная работа невозможна.

Антикоррупционный информационно-аналитический портал job-sbu.org