Роль заробитчан в экономике Украины и их перспективах за рубежом

243

Когда в Украине начался карантин, ее информационное пространство наполнили сюрреалистические картины с государственной границы. Перед глазами до сих пор стоят огромные толпы людей, ждущих своей очереди неподалеку контрольно-пропускных пунктов, чтобы преодолеть последний рубеж на пути к родной земле пишет Любомир Шавалюк в издании Тиждень. Facebook заполонили драматические рассказы тех, кому в последний момент перед закрытием транспортного сообщения удалось прорваться в Украину. Те, кому повезло меньше, иногда тратили на возвращение по несколько дней или даже недель.
Все это утвердило украинцев в убеждении: пандемия спровоцировала возвращения в Украину миллионов работников, что чревато коллапсом украинской экономики. Но так ли это на самом деле? И какова роль наших гастарбайтеров во внутренней экономической системе?

Начнем с людей. Действительно, на протяжении карантинных марта — мая наши граждане больше возвращались в Украину, чем выезжали отсюда. Об этом свидетельствует статистика Госпогранслужбы(см. график ниже). Но есть важные детали. Во-первых, за период карантина в чистом итоге (сальдо въезда и выезда) в Украину со всего мира, кроме России, въехало меньше наших граждан, чем выехало из страны после новогодних праздников. Так, за январь — февраль во всех направлениях (кроме России) Украину покинуло на 423 тыс. человек больше, чем приехало из этих самых направлений. Есть все основания полагать, что большинство этих людей — трудовые (образовательные) мигранты, приезжавшие домой на празднование Нового года и Рождества.

Судите сами: за последние шесть лет среднемесячное чистое количество уехавших (выезд минус въезд) было существенно меньше и составляло 16,7 тыс. человек. То есть нынешний аномально высокий темп выезда украинцев в течение зимних месяцев — это, пожалуй, результат сезонности, потому что обычно в конце старого года все возвращаются домой, чтобы после новогодних праздников вновь покинуть страну.

Зато с марта направление потока украинцев изменилось. За март-май в Украину въехало на 406 тыс. граждан больше, чем выехало из нее. Это отнюдь не миллионы, да еще и меньше чистого выезда за два зимних месяца 2020 года. К тому же среди них были не только работники, но и туристы, студенты и другие категории граждан, вынужденные срочно возвращаться домой, чтобы незапланированно надолго не застрять за рубежом.

Во-вторых, чистое количество наших граждан, вернувшихся в Украину за три карантинных месяца, существенно меньше, чем количество тех, кто часто ездит за границу и кто ранее выехал насовсем. Данные Госпогранслужбы указывают на то, что за 2013-2019 Украину покинуло почти на 1 млн украинцев больше, чем вернулось (речь идет обо всех направлениях, кроме России). Те, кто вернулся во время карантина, не составляют и половины этого количества, а сравнивать с теми, кто пересекает границу регулярно (1,5-2,2 млн человек в месяц), вообще нет смысла. То есть гипотеза о том, что украинские заробитчане массово вернулись (переехали) домой, лишь частично касается полных эмигрантов и почти не касается сезонных работников.

Ситуация в отношении России немного иная. За три карантинных месяца из РФ вернулось в чистом количестве 46,6 тыс. украинцев. Это больше, чем выехало за январь — февраль (28,7 тыс. человек), но значительно меньше, чем покинуло Украину в направлении России за 2013-2019 годы (более 1,1 млн человек). Итак, с российского направления в Украину вернулось значительно меньше людей переждать пандемию, чем из остального мира, хотя общие объемы полных мигрантов сопоставимы.

Стоит добавить, что до 2014 года включительно потоки полных эмигрантов в Россию были большими, чем в остальной мир. В 2015 году из-за войны украинцы чаще возвращались из РФ домой, чем выезжали туда. Однако впоследствии миграционный поток в российском направлении опять возобновился. И хотя сейчас он в 2-3 раза ниже, чем до Революции достоинства, но после 2015 года уже вымыл из Украины более полумиллиона человек. То есть реформы и рост патриотизма — это хорошо, но поведение сотен тысяч украинцев свидетельствует о том, что эти преобразования их не впечатлили.

Перейдем к деньгам. Опасения, что украинские заробитчане сидят без работы и денег, также ложные. На это указывает статистика НБУ (см. ниже «Люди там, а деньги здесь»). По данным регулятора, в апреле валютные поступления для оплаты труда официально трудоустроенных за рубежом украинцев составляли $857 млн, что лишь на 15,6% меньше, чем в прошлом году. То есть некоторые таки потеряли работу. Но это касается граждан и экономик большинства стран мира, и украинцы не исключение ни за рубежом, ни внутри Украины. Впрочем, большинство потока официально заработанных денег никуда не исчезло, что хорошо.

Немного хуже ситуация с частными трансфертами от домохозяйств из-за границы в Украину. За этой сложно названной статьей платежного баланса, вероятно, скрываются переводы домой тех, кто трудоустроен нелегально. По данным НБУ, в апреле объем этих трансфертов уменьшился на 21,3% год к году. Конечно, теневой рынок труда не имеет законодательных предохранителей от увольнения, поэтому во время кризисов работники-нелегалы первыми оказываются без работы. Впрочем, как видно из статистики, их переводы снизились менее чем на четверть, поэтому дела у них идут не слишком плохо.

В чистом итоге за период карантина в Украину вернулось около полумиллиона наших граждан. Вероятно, большинство из них работники. Но не факт, что львиная доля их приехала навсегда и больше не планирует выезжать на заработки. Количество тех, кто вернулся, не превышает четверти полных мигрантов, которые покинули страну, начиная с 2013 года. Собственно, данные по денежным переводам также подтверждают такой вывод. В этом есть логика. Ведь зная, какими глубокими бывают кризисы в Украине, немало наших работников четко осознают, что базовая перспектива, которая ждет их после возвращения на родную землю, — это сидеть дома без работы и надежд ее найти. Если же остаться за границей, то даже при потере занятости надежды не исчезнут.

Да, находиться там без работы стоит дороже, потому что нужно платить за жилье, и расходы на питание не меньше, чем в Украине. Но развитые экономики всегда жаждут рабочих рук, к тому же в каждой такой стране обычно есть определенные сегменты рынка труда, которыми местные жители или пренебрегают, или брезгуют (сантехники, горничные, сиделки, строители), что создает перманентные ниши для трудовых мигрантов, в частности из Украины. Поэтому там перспективы лучше. Это подтверждают заявления ключевых лиц многих европейских стран: еще до завершения карантина они уже начали говорить о том, как ценят украинских заробитчан и насколько экономики их стран на них надеются. Поэтому неудивительно, что во время карантина наши трудовые мигранты в основном остались за границей.

Но главный вопрос в другом: хорошо это или плохо, что в Украину вернулось так мало наших мигрантов? Наша экономика выиграет от этого проиграет? В каждом явлении есть свои «за» и «против». Так и здесь. Гипотетически каждая страна и экономика сильны своими людьми. При правильной организации их занятости чем больше людей, тем сильнее страна и экономика. То есть теоретически было бы лучше, если бы украинцы работали дома. Но поскольку они не смогли найти себе здесь достойную занятость, а бизнес-среда у нас слишком токсична, чтобы говорить о системных перспективах найти работу в Украине, то на самом деле лучше, когда они работают за рубежом. Потому что лучше быть с работой, чем без нее. Наличие занятости конкретного лица первично, а место вторично.

Впрочем, между работой здесь и там и ее влиянием на нашу экономику существует большое различие. Самое непосредственное: гастарбайтеры влияют на платежный баланс и, как следствие, стабильность гривны. Сейчас переводы из-за границы с избытком перекрывают торговый дефицит Украины. Если бы этих поступлений валюты не было, курс доллара был бы принципиально иным. Некоторые считают, что деньги гастарбайтеров приходят в нашу экономику только для того, чтобы пойти на оплату импорта.

Якобы, если бы трудовые мигранты производили товары и услуги в Украине, то и ВВП был бы большим, и импорт меньше, и платежный баланс здоровым. Но это не так. По данным НБУ, в 2019 году импорт товаров и услуг в Украине был на 22% меньше, чем в 2013-м, до Революции достоинства, одновременно поступления из-за границы в оплату труда были на 90% выше.

Суть этих цифр такова: из-за различия в эффективности экономики ценность работника в Украине и стоимость его труда в разы меньше, чем за рубежом. Поэтому его зарубежного заработка хватает не только на импортные товары, которые он мог бы себе позволить, работая в Украине, но и на многие продукты национального производителя, начиная от качественной еды и заканчивая квартирами в районных или областных центрах. Поэтому в контексте внешнего сектора наличие армии работников, которые работают в значительно более эффективных экономиках, — это плюс.

Более косвенные преимущества заработка касаются финансового сектора. По украинским меркам по уровню дохода работники относятся к среднему классу. А представители этого слоя обычно имеют сбережения, большая или меньшая часть которых попадает в банки и к другим финансовым посредникпм. Вероятно, сейчас доля средств, заработанных за границей, в банковской системе весомая, хотя отдельной статистики на этот счет нет.

Гастарбайтеры — это солидный фактор совокупного спроса. Именно благодаря их деньгам многочисленные города и городки Западной Украины после Революции достоинства буквально переродились. Речь идет не только об их внешнем виде, а также о множестве технологических ноу-хау, которые непосредственно влияют на культуру и эффективность ведения бизнеса, то есть — на развитие Украины. Все это принесли работники, которые где-то что-то увидели и решили у себя сделать то же самое.
Впрочем, для государственного сектора работники — это фактор деградации. Они обычно не платят налогов и социальных взносов, а часто и вообще незаметны для официальной статистики. Например, на протяжении многих лет до 2013 года включительно доля экономически активного населения (занятых плюс безработных) ко всем украинцам составляла около 48%. То есть почти половина населения работала или искала работу. После революции она постепенно снизилась до минимума 42,1% в 2017 году, а сейчас составляет около 43%.

То есть более 5% населения (более 2,1 млн человек) якобы зарегистрированы в Украине, но исчезли с радаров экономической системы. Следствием этого является рост дефицита пенсионного фонда и деградация государственных систем (образование, здравоохранение, социальная защита и т.д.), поскольку они не получают того финансового обеспечения, которое могли бы. Это имеет очень тяжелые и далеко идущие последствия для государства и его институционального потенциала. Возможно, они перечеркивают все названные преимущества заработка, вместе взятые.
Что происходит на европейском рынке труда без украинских работников.

«Если украинцы не вернутся — урожай пропадет!»; «Некому работать в поле» — цитирует пресса польских и чешских фермеров, которые привыкли привлекать украинцев к сезонным работам. Сейчас же многие из тех, кто регулярно ездил на клубнику в Польшу, Чехию, Венгрию, не могут выехать на работу из-за ограничений в результате эпидемии коронавируса. «Границы закрыты, работают только так называемые гуманитарные коридоры, — рассказал Тижню один из украинских перевозчиков, которому удается, с огромным трудом, привозить пассажиров во Францию. — Путешествовать пока могут лишь те, кто имеет разрешение на работу в Евросоюзе, официальный контракт, приглашение работать за границей или может доказать, что постоянно проживает в ЕС». Те, кто благодаря безвизу ездил немного подзаработать денег на месяц-два, должны ждать, пока карантин закончится.

По данным Министерства социальной политики Украины, на постоянной основе за границей работает только 3,2 млн украинцев. Они, с дипломами и документами, могут оперативно переезжать и менять работодателей. Но это меньшинство. Украинских нелегалов за рубежом в разы больше. Минсоцполитики также указывает, что в некоторые периоды — то есть на сезонных работах — за границей оказывается в 7-9 млн украинских работников. Цифры приблизительные, потому что нелегалов, работающих без контрактов и передающих домой деньги наличными, никто не фиксирует но не учитывает. Как только начался карантин, большая часть из них должна была вернуться домой в Украину, потому банально нечего было есть и чем платить за жилье. Сейчас эти люди сталкиваются с большими трудностями, чтобы вернуться на заработки в ЕС, который вдруг осознал, насколько Европе не хватает умелых рабочих рук.

Пока карантин продолжается, Польша и Чехия пригласили на спаржу и клубнику своих студентов и безработных. Результат, по отзывам фермеров, не слишком удовлетворительный. «Если украинцы не вернутся, то это будет просто катастрофа для нас, — цитирует Укринформ одного из чешских предпринимателей Томаша Зоуфалия. — Это означает, что мы не соберем наш урожай. Чехия и так только на 30% самостоятельна в производстве овощей. Для нас работники из Украины просто жизненно необходимы. Если они вовремя не вернутся — считайте, что сезон для нас в этом году преждевременно завершился, мы просто обанкротимся».

Время — деньги. Чтобы их не потерять, Варшава уже организовала два чартерных перелетах для украинских сезонных работников. Поводом воспользовались почти четыре сотни украинцев. По этой системе, после пересечения границы работодатель за свой счет содержит работников на двухнедельном карантине на базе отдыха вблизи города Лодзь. Украинцы заключили официальные долгосрочные контракты с социальным пакетом и медицинским страхованием на случай заболевания COVID-19. Расходы на перелет также взял на себя работодатель.

Сейчас польская и украинская дипломатия обсуждают возможности восстановить регулярное транспортное сообщение между двумя странами, а также упростить процедуры получения рабочих виз и пересечение границы. Ведь не все, кто работает в Польше, имеют такие комфортные условия трансфера и труда, как те, кто воспользовался чартерными рейсами компании по международному трудоустройству Gremi Personal. По данным Главного управления статистики Польши, в стране сейчас может находиться более 1,2 млн украинцев. Пограничные службы констатируют, что только в мае польско-украинскую границу пересекло более 100 тыс. человек. Кто-то добирался на работу автобусом, другие — частным авто. Определенное количество уехавших на заработки впервые попали в сети к мошенникам, которые наживаются на неопытности и доверчивости украинцев.

«Мы еще в автобусе отдали каждый по €130 посреднику, — рассказала Тижнюкоторая Людмила, поверила, что нашла работу в Чехии. — Только мы заехали в Остраву, автобус остановился, якобы отдохнуть. Посредник исчез. Его телефон перестал отвечать. Мы оставались на вокзале — беспомощные, в ожидании. Потом решили обратиться в местную полицию …» Людмиле относительно повезло, потому что трехмесячный контракт с колбасной фабрикой был настоящим. Однако добираться на место пришлось на перекладных, жилье искать самой и платить за него также самой, хотя посредник обещал размещение за счет фабрики. Из прессы и соцсетей известны и худшие случаи: когда люди оставались никому не нужны, под открытым небом — обманутые и обворованные.

«Мы нуждаемся в сезонных работниках для обработки фруктов, но в Украине рекрутеров не имеем, трансферы не организовываем, берем только тех, у кого есть разрешение на работу в ЕС и кто знает французский, английский или немецкий язык на уровне В1-В2», — объяснили Тижню в швейцарской фирме Nestle. Между тем ловкачи в Украине берут у кандидатов на работату на шоколадной фабрике в Швейцарии по €150, а фирма ни сном ни духом не догадывается о таком «содействии».

По данным Всеукраинской ассоциации по международному трудоустройству, в 2017 и 2018 годах одна только Польша выдала украинцам 1,7 млн официальных разрешений на работу. Из всех этих людей лишь 13 тыс. устроились через легальные компании. Остальные — а это 99% — нашли работу самостоятельно или через нелегальных посредников. Что это значит? Что большинство работников преимущественно работают по-черному, без страховки, документов и гарантий. Аналогичная ситуация с другими государствами. «Заявления о том, чтобы не отпускать украинцев работать за границу, не имеют смысла, — отметил в разговоре с Тижнем Павел Садоха, региональный вице-президент Всемирного конгресса украинцев. — Люди сами вернутся, если будут на то соответствующие условия.

Однако Украина объективно заинтересована в том, чтобы ее граждане на хороших условиях работали за рубежом, достигали успехов и сохраняли с ней тесную связь. Задача правительства — юридически обеспечить процесс работы украинцев за рубежом. Нужна согласованная миграционная политика. Каждое государство должно защищать своих граждан».

Карантин, поставив мир на паузу, выхватил из тени целое сплетение многочисленных застарелых проблем. Одна из них — двойной дискурс в отношении нелегальных работников в сфере помощи в семьях, строительстве, в сельском хозяйстве … Франция, скажем, по умолчанию закрывает глаза на объемы теневого рынка труда в этих отраслях, понимая, что при нынешних высоких налогах, если бы все резко вывести на официальный уровень, внутренний рынок будет дестабилизирован. Украинцы, как тени, годами работали за наличные и без соцзащиты — так, словно их нет. Сейчас, когда у них не получается выехать на заработки, государства ЕС должны лихорадочно искать быстрые решения, чтобы как-то решить эту проблему. Италия, Португалия, Польша, Чехия оперативно упрощают свои системы легализации гастарбайтеров. Кто воспользуется случаем — украинцы или кто-то другой, — вскоре узнаем.

«Закрытые границы изменили внутренний европейский рынок труда, — пояснил Тижню юрист Матье Бовиль. — Французское сельское хозяйство срочно нуждается в более чем 80 тыс. сезонных работниках, так как португальцы, испанцы, поляки, румыны, болгары, которые регулярно приезжают собирать клубнику и черешню, не могут добраться на работу. Украинцы с правом на проживание вполне заполнили бы эту нишу. Сейчас рынок очень подвижен. Никто не знает, не случится ли осенью новый карантин, не вернется ли вирус. Предприятия, работающие с быстро портящимися продуктами питания, лихорадочно ищут способы, как подстраховаться на случай новых катаклизмов. Здесь есть возможности».

По мнению Павла Садохи, зарубежное украинство уже является и может стать еще более мощным ресурсом помощи Украине. «Структура украинской иммиграции в Португалии, где я живу, существенно изменилась, — рассказал он Тижню. — Если раньше большинство мужчин работали на стройке, а женщины помогали португальцам с домашней работой, то сейчас нет такого университета, где не учились бы украинцы. Признаны дипломы о среднем и высшем образовании. Многие открыли свой бизнес, работают по специальности …» Украине было бы выгодно не потерять людей. Что для этого нужно? Прежде всего мудрая миграционная политика.

По данным экономистов, в прошлом году украинские трудовые мигранты передали домой $15,3 млрд (из них $12,9 млрд банковскими переводами и $2,4 мдрд наличными). Эта сумма равна 10% ВВП. Живые деньги для Украины обеспечивают те, кто развивает европейцам, американцам, канадцам множество проблемных участков экономики. Лучше бы эти люди работали в Украине? Может, и лучше. Но реальность далека от идеала. Киев никак не сможет остановить мировые экономические тенденции. А вот если бы постарался воспользоваться новыми возможностями, то смог бы. «Ваша нефть — это люди, трудолюбивые и неконфликтные», — любит шутить французский коллега.

По материалам: argumentua.com