Об украинских коррупционерах предпочитают забыть

295

Независимо от власти в Украине любые дела против экс-чиновников не доходят до суда и разваливаются. Даже самые громкие антикоррупционные процессы, как отмечают эксперты, традиционно не имеют перспектив, несмотря на продавливаемую Западом антикоррупционную политику. Широко рекламируемые властью процессы по-тихому забывают и списывают в архив.

Не так давно назад было закрыто и дело экс-министра инфраструктуры Владимира Омеляна, которому вменяли недостоверное декларирование – он забыл упомянуть в декларации активы общей суммой на 11 млн. грн. Процесс шел вяло, и в итоге его просто закрыли по сроку давности. С соответствующим ходатайством о закрытии в Высший антикоррупционный суд обратился сам Омелян. С большей вероятностью и все текущие дела постигнет та же участь. Так длящееся с 2017 года антикоррупционное дело, касающееся формулы «Роттердам+», по мнению экспертов, тоже закроют. Согласно процедуре, НАБУ уже должно было закончить следствие, после чего САП должна отправить его в суд или закрыть. Кроме того уже появилась информация о том, что дело действительно могут закрыть, несмотря на то, что эта коррупционная схема эпохи Порошенко является наиболее известной. Впрочем, как только в прессе появились эти сведения, в НАБУ их сразу же опровергли, заявив что дело лишь приостановлено. Тем не менее, фактом является то, что следствие так и не было закончено и передано в суд и по сей день. Несмотря на созданную антикоррупционную схему, начиная от расследования и до суда, в Украине она так и не заработала. Сформированы специальные органы – НАБУ, НАПК, САП, ГБР, «Арма» и так далее, но все они в той или иной степени тормозят дела вместо скоординированной работы, несмотря на наличие огромных полномочий.

Между тем, все эти органы лишь регулярно отчитываются о своей эффективной работе. В НАБУ отмечают рост количества дел и подозреваемых в коррупции. Например, во втором полугодии прошлого года было 84 подозреваемых, а сейчас их уже 125. Вместе с тем в НАБУ скромно упоминают и то, что в суд передали лишь дела по 17 подозреваемым. В общей сложности было открыто около 400 дел, однако более половины просто закрыли или передали в другие органы. До суда дошло лишь 8. Кроме того в НАБУ заявляют, что государство получило от коррупционных дел 1,5 млрд. грн., также умалчивая что почти вся эта сумма состоит из залогов. Следовательно пока нет судебных решений, деньги государство не получило, а учитывая количество рассмотренных дел и вынесенных приговоров, с большей вероятностью эти деньги вернуть обратно и не получится. Подобно делу Омеляна из-за сроков давности они закрываются регулярно. Подходят сроки и у главы «Укспецэкспорта» Бондарчука, которому вменяли хищение средств с госпредприятия, причем речь идет о событиях шестилетней давности, но вот уже пять лет дело так и не движется. Сам Бондарчук отмечает, что дело приостановлено из-за неизвестности его местонахождения, хотя сам он якобы через адвокатов уведомил все органы и даже прошел процедуру экстрадиции, находясь в Великобритании. Теперь же генпрокуратура Украины делает вид, что местонахождение Бондарчука неизвестно и дело все это время не двигается с места.

Уход от ответственности из-за сроков давности действительно предусматривается УК и вполне работает в случаях затягивания следствия или судебного рассмотрения. Сам срок давности исчисляется не с того момента, когда преступление обнаружено, а когда было совершено и до вынесения приговора. Таким образом, даже если сам судебный процесс уже идет, но прошел срок давности, то дело закроют прямо в суде. Это обстоятельство не является реабилитирующим, то есть в случае приговора, человек просто не будет нести ответственность и садиться в тюрьму, но при этом остается виновен. Нередко дела закрывают по срокам, когда на том настаивают сами фигуранты дела, а иногда злоупотреблением занимаются и представители органов. Так, например, если следователь открывает дело, завышая степень тяжести, то может в обмен на благодарность эту тяжесть занизить и соответственно снизить и срок давности. Экспертов удивили затягивания по делу Омеляна, которое в целом оценили на пару месяцев, однако следствие шло два года, причем рассматривать его не торопился даже суд. Фактически его затянули до последнего момента. Однако и сами работники антикоррупционных органов намекают, что экс-министр за это время стал беднее.

Долгое время звучали обвинения в адрес Порошенко, Ахметова и велись разговоры об их совместной схеме по завышению цен на электроэнергию. Оба все отрицали, однако в НАБУ все же решили возбудить соответствующее дело несколько лет назад. Речь идет о недополучении выгоды потребителям в сумме 18 млрд. грн. Прошли годы, но дело так и не сдвинулось с места. Руководитель САП Назар Холодницкий не скрывает, что доказательная база до сих пор не собрана и уже почти истекли те 3,5 года, которые выделены законом на расследование. Пока дело числится приостановленным, а в НАБУ по-прежнему придумывает отговорки – то правительство не желает представлять интересы потребителей, то в СБУ провели некую экспертизу, которая не подтверждает причинение ущерба .

Еще одной причиной провальной антикоррупционной политики является и непрофессионализм кадров. Как ни странно, но Нацполиция заводила и доводила до конца гораздо больше коррупционных дел, нежели сама новая антикоррупционная структура в созданных органах, да и приговоров коррупционерам было гораздо больше. Но не стоит списывать и политическую составляющую, так как для посадки высших чиновников нынешним властям нужна политическая воля, которой нет.

Антикоррупционный информационно-аналитический портал job-sbu.org