Интервью Зеленского: «Я бы хотел провести выборы в течение года»

270

Президент Владимир Зеленский дал первое интервью украинским СМИ с начала войны. Повезло ведущей Наталье Мосейчук. В часовом разговоре президент рассказал о борьбе с коррупцией во время войны, необходимости проверок бизнеса и «Facebook-пытках».

Хочет приравнять коррупцию к госизмене на время войны. «Законодателю будут предложены мои предложения по приравниванию коррупции к государственной измене на военное время. Понимаю, что такое оружие не может действовать постоянно в обществе, но на военное время, я думаю, это поможет… Мы развиваем демократическое общество. И очень важно не перекручивать гайки».

Но без сталинизма. «Это будет очень серьезный инструмент для того, чтобы даже не думали. Вот и все. Но это – не расстрел, это – не сталинизм. Это – если есть доказательства, человек должен быть за решеткой… Я думаю, что парламент это получит в ближайшую неделю».

Говорит, в окружении нет своих. Нечестных готов уволить. «У меня нет своих или не своих. Есть честный человек или нечестный. Если есть доказательства, что человек нечестный, я увольняю такого человека. У меня таких внутренних вопросов нет».

Хочет «антибрусчаточный» закон. «Справедливо ли, чтобы эти средства направлялись на стратегическое развитие нашего ОПК? Считаю, что в военное время это справедливо… Я только за, когда речь идет о защите своего города. Но если люди перекладывают брусчатку — извините, вы не заработали эти деньги. Военные вам их принесли».

Говорит, что Украина разделена в Facebook. «Есть Facebook-пытки. Украина разделена в Facebook… Надо быть осторожными с риторикой. Нельзя поднимать человека, а потом бросить. Вчера – талант, сегодня – никто. Это пытка… Разделение онлайн приведет к разделению офлайн. Именно этого хочет Россия».

Хочет национализировать стратегические энергетические объекты. «Если люди в окопах, а их дети, женщины, они не знают, что делать, когда света нет, воды нет, жизни нет, по сути… Он должен думать и не делить свой мозг на все… И этот расфокус, если он есть благодаря тем или иным бизнесменам, я должен его уничтожить. Не бизнесмена, а возможность этого расфокуса и раскола государства. Поэтому некоторые энергетические объекты должны вернуться под контроль государства, чтобы не было тех или иных рисков. При всем уважении к частной собственности. Это требование военного времени».

Проверки бизнеса называет «поиском баланса». «Стали приходить к ним (бизнесменам. – Ред.), потому что государство вернулось к проверкам. Но это баланс для меня как президента. Очень сложно держать баланс во время войны. МВФ и Еврокомиссия говорят, что если мы не возвращаем налоговую систему, которая была до начала войны, если мы не возвращаем проверки – у нас осенью будут вопросы по будущему членству в ЕС».

Предлагает определить один орган для проверок. «Я встретился с бизнесом и говорю: «Давайте мы вернем минимум. Давайте внесем изменения в законодательство, что только один орган имеет право проверять. Я найду баланс между европейским законодательством и вами».

Призывает бизнес платить налоги и не прикрываться армией. «Мы должны быть честными и платить налоги… Если даже в уплате налогов я нахожу баланс, что-то плачу, что-то не плачу, говорю, что я помогал Вооруженным силам, поэтому не уплатил налоги. Это нечестно – прикрывать любые шаги помощью ВСУ».

Выборы могут расколоть поддержку США. «Расколоть поддержку США могут несколько элементов. Один из них – выборы… Логика такова, что США даже во время войны проводили выборы».

Но проводить их власть не собирается. Разве что США дадут $5 млрд. «Я ответил [сенатору-республиканцу] Линдси Грэму очень просто: если вы готовы дать мне пять миллиардов, потому что я… не смогу просто забрать из бюджета пять миллиардов. Мне кажется, именно такая сумма нужна на проведение выборов в обычное время, а в военное [время] я не знаю, что это за сумма, поэтому я ему сказал – если США вместе с Европой дадут нам финансовую поддержку. Извините, я ничего не прошу. Проводить выборы в кредит не буду. Забирать деньги от оружия и давать их на выборы – тоже не буду».

И предлагает партнерам разделить риски. «И самое главное: давайте тогда рисковать вместе. Наблюдатели должны быть тогда в окопах, их нужно будет отправить на передовую».

За власть не держится, потому готов к выборам. «Я не хочу, чтобы к власти было отношение, что они держатся [за должности]. Я ни за что не держусь. Я хотел бы провести выборы. Мне нравится это, когда это там нужно, сделать в течение года».

Не считает целесообразным воевать на территории РФ. «Это большой риск, что мы точно останемся сами… Есть очень большие государства, у которых есть только один пункт, из-за чего они не на стороне России. Это – территориальная целостность государства. Если я намеренно направляю войска на территорию РФ, то я должен понимать, что со мной этого государства точно не будет».