«Грантоеды» — призрак новой революции?

141

«Наезды» власти на якобы подрывающих украинскую стабильность «грантоедов» превращаются в тенденцию. Кто такие «грантоеды»? В большинстве случаев это представительства многочисленных международных фондов, отечественные неправительственные (исследовательские) организации, аналитические центры и общественные организации, существующие на донорские деньги. В том числе деньги, которые направляются в Украину из-за рубежа.

Из последних идей Партии регионов - законодательно ограничить финансирование украинских общественных организаций зарубежными грантодателями. Дискуссия на эту тему разгорелась в октябре после резонансного интервью Елены Бондаренко, в котором экс-журналистка сетовала на проигрыш властью информационных войн. Только причину этого Бондаренко почему-то видела не в том, Украина не вкладывает ни гривни в повышение профессионального роста журналистов, а в том, что якобы журналистские программы финансируются «соросоподобными». «Обучать журналистов за чужие деньги равносильно взращиванию иностранной армии в собственном государстве», – резюмировала регионалка, попутно приведя примеры стран вроде Чили и Индонезии, доведенных до цугундера реформаторами, воспитанными на зарубежные деньги. Мол, другое дело – отечественные «денежные мешки», которые, правда, по признанию Бондаренко, пока финансируют различные программы бессистемно.

Эти высказывания спровоцировали весьма бурную дискуссию, но каждый ее участник в результате остался при своем мнении.

С тех пор, как в азиатско-африканском мире произошли известные события, высказывания регионалов также обрели вполне конкретный обвинительный характер. Глава фракции ПР Александр Ефремов, находясь на родине в Луганске, рассказал, что Джордж Сорос выделил средства для подготовки в Украине неких молодых ребят, «которые могли бы по варианту Северной Африки запускать любые проекты, которые есть». После того как фонд «Відродження» пригрозил подать в суд за такие заявления, однопартийцы Ефремова стали оправдывать главу своей фракции, что он-де просто хотел упредить, «чтобы никому не повадно было».

То, что регионалам не дает покоя призрак новой революции, вполне объяснимо и понятно. Как и то, что изрядно озадачивший власть Налоговый Майдан уже также приписывается финансовому вмешательству того же Сороса, а также Бориса Березовского. Есть подозрения, что и в следующих протестах против реформ будут искаться следы «внешних врагов», ведь делать виноватой во всем вдребезги разбитую оппозицию уже не так действенно.

«Если это такая политтехнология, то очень примитивная, – говорит политолог Владимир Фесенко. – Более того, такая информационная игра, что мол, все протесты инспирированы извне, только усилит раздражение. Наверно, это отображение комплексов и страхов, оставшихся у регионалов с 2004-го года. И такие заявления дискредитируют саму Партию регионов, представляя ее партией советских архаичных стереотипов. Я уже не говорю, что законопроекты о запрете иностранного финансирования общественных организаций – это признак даже не тоталитарного, а авторитарного общества. Из всех глупых затей власти эта, наверно, претендует на «Пальмовую ветвь».

Дать революции в морду

Конечно, законопроект, идея которого родилась в «региональном» лагере, пока еще существует только в виртуальном виде – та же Елена Бондаренко говорит, что до выхода на какой-то окончательный его вариант пока далеко. Любопытно обещание, что Украина будет ориентироваться при его подготовке на опыт других стран. Ограничения на иностранную помощь местным общественным организациям существуют в таких государствах как Россия и Беларусь. Закручивание гаек в той же России, например, сопровождалось аргументами, которые любопытно сравнить с аргументами желающих ввести похожую систему в Украине. Тут и необходимость прижать к ногтю «пятую колонну», которая грубо вмешивается в дела страны, и то, что СМИ должны находиться под пристальным вниманием гражданского общества. До риторики Александра Лукашенко, будем надеяться, дело все-таки не дойдет.

Регионал Вадим Колесниченко, возглавляющий Всеукраинский совет российских соотечественников, уверяет, что никто не собирается ничего запрещать, а лишь брать деятельность грантопоглащателей под контроль: «Суть законопроекта в том, что все деньги, которые направлены на гуманитарные проекты и поступают из-за пределов Украины, должны быть публичными, открытыми и контролируемыми. По этой схеме работают и Европа, и Америка, и мы не должны отказываться от этого позитивного опыта. Опыт предыдущих лет показал, что различные институты и фонды работают в своих личных интересах. Я лично два года подаю по всем условиям и формам подготовленные иностранными юристами заявки на получение грантов, направленных на создание институтов гражданского общества, но они попадают все время в одни и те же руки. Таким образом, нам могут завозить экстремизм и подрыв институтов государственности Украины, с чем мы не можем согласиться. Для меня самой высокой оценкой нашей работы является комментарий г-на Березовского, который не может вернуть деньги, потраченные на Оранжевую революцию, что введение таких ограничений – это с какой-то стороны хорошо, потому что патриотизм и идеология за деньги не делаются».

Правда, уточнить, как именно определить, готовит ли организация провокации и прочую революцию, прикрываясь борьбой за права животных, Колесниченко затруднился – мол, пока законопроект в работе и говорить об этом рано.

Неясно также, будет ли приравнено к «подрывной деятельности» написание законопроектов и различных государственных документов за гранты. Например, тот же выстраданный закон о доступе к публичной информации увидел свет и был так активно пролоббирован в парламенте, во многом, благодаря адресной помощи из-за рубежа. А пресловутая система внешнего тестирования внедрялась с помощью фонда Сороса.

Сами получатели грантов утверждают, что требовать от них еще большей прозрачности глупо. Нунсовец Юрий Ключковский, занимающийся подготовкой новых законопроектов (в частности, Избирательного кодекса) при поддержке иностранных структур, утверждает, что каждая организация-донор регистрируется либо в МИД, либо в Минэкономики, и известно, на какие цели направляются эти деньги, которые идут исключительно через украинские банки: «Каждая программа согласуется с украинской властью – что еще надо? Это полный маразм, потому что если государство этого не финансирует и не дает помощи общественным организациям, то пусть хотя бы не мешает иностранным спонсорам. В украинскую экономику вкладываются деньги, а всем хотят прикрыть возможность работать. Все европейские страны получают помощь от Евросоюза, американских организаций, а мы не хотим?»

Хорошие и плохие

По словам главы фонда «Відродження» Евгения Быстрицкого, которому приходится отдуваться за обвинения в адрес Сороса, из существующих в Украине более 40 тысяч зарегистрированных общественных организаций только около 3–3,5 тысяч занимаются различными инициативами, направленными на улучшение жизни граждан – проектами по окружающей среде, траснформации правовой, образовательной систем и т.д, анализом государственной стратегии и своими предложениями. Это и есть преимущественно грантоеды, за которых собираются взяться регионалы.

«Как правило, такие организации выступают по отношению к государственным институциям с критических позиций, – говорит Быстрицкий. – И, за редким исключением, не финансируются внутренними филантропами, потому что местному бизнесу невыгодно финансировать организации, которые будут вступать в некоторое противоречие с чиновниками».

Гранты тоже бывают разного вида и происхождения. Есть те, которые предоставляются государству, – тот же ЕБРР выделяет Украине деньги в виде грантов на различные проекты. Совсем недавно пообещал серию грантов на сумму в $30 миллионов Глобальный экологический фонд. Для финансирования общественных инициатив существуют донорские программы различных стран, в том числе, посольств. Некоторые страны содержат центры за рубежом для популяризации своей культуры. Еще свеж в памяти шпионский скандал вокруг российской общественной организации British Council, которой было рекомендовано свернуть свою деятельность в России во время кризиса российско-британских отношений. Однако претензии к деятельности таких организаций, как правило, неминуемо приводят к ответным претензиям на государственном уровне. И есть частные фонды – того же упомянутого Сороса, которые становятся удобной мишенью для нападок. Часто те или иные программы финансируются одновременно из разных источников.

После Оранжевой революции наблюдался общий грантовый спад, но в том же «Відродженні» уверяют, что у них финансирование в последнее время только увеличилось, хотя сотрудничество с государственными органами не такое активное, как раньше. В последнем годовом отчете «соросовского» фонда за 2009 год указано, что на различные проекты было потрачено около 6,5 миллионов долларов. В 2004-м – на 400 тысяч долларов меньше.

В любом случае получить какую-то сводную информацию по финансированию украинских общественных организаций и конкретных программ многочисленными иностранными фондами, крайне сложно. И, возможно, это так пугает желающих взять их под контроль.

Конец «Русского мира»?

Говоря о зарубежных грантах, как правило, подразумевают западных доноров. Но Колесниченко ли не знать, что в его родном Крыму действует масса пророссийских организаций, которых иногда называют «профессиональными соотечественниками», поскольку получение грантов от «северного соседа» там поставлено на поток. Россия вполне официально выделила в 2010-м году на поддержку соотечественников в Украине более миллиона долларов. Но ввиду ограниченного денежного ресурса между многочисленными пророссийскими организациями в Крыму регулярно вспыхивают скандалы с обоюдными разоблачениями. Что теперь будет с подобными движениями, учитывая, что «созданием институтов гражданского общества» деятельность многих из них можно назвать с большой натяжкой?

Но ладно крымские маргиналы. Слышны также опасения, что если законопроект заработает в полную силу, то перебои с финансами начнутся и у УПЦ Московского патриархата, что существенно усложнит процесс продвижения «Русского мира». Если, конечно, для любимой церкви Виктора Януковича не будет в очередной раз создана какая-нибудь законодательная лазейка.

«У нас будут все равны – нет русского или китайского, а есть иностранное влияние на жизнь государства, – уверяет Колесниченко. – Но вполне очевидно, что Красный Крест, фонды, которые работают в медицинском направлении, никто ограничивать не будет, потому что их действия понятны и очевидны. Не готов ответить насчет церкви, но я не слышал, чтобы центральный церковный орган – Московский патриархат – отправлял деньги на места, снизу вверх – да, а наоборот – не в курсе».

Впрочем, трудно предположить, что те, кто задумал дестабилизацию, не найдут способов завезти деньги в страну по каким-то иным каналам. С дальнейшим включением в схему вполне украинских резидентов, как это уже неоднократно бывало во время предвыборных компаний.

glavcom.ua