Украина без реформ и евроинтеграции

255

До начала 2015 года власть вовсю пыталась имитировать полезную деятельность, и это было единственной формой взаимодействия с обществом. Сначала объявлялись громкие реформы, а потом все забалтывалось и забывалось. Таковых было много – и люстрация, и пенсионная реформа, и антикоррупционная деятельность, которая запомнилась многим больше всего.

Примечательно, что борьба с коррупцией – это модный популистский лозунг во все времена. Ей занимались и Кучма, и Ющенко, и Янукович. И точно также традиционно антикоррупционная деятельность, как и прочие реформы, никогда не доводилась даже до середины. Все умирало в основном на стадии инициатив или в начальных действиях в коридорах министерств и ОГА. Можно сказать, что в последние пятнадцать лет более-менее в Украине были реализованы лишь две реформы и то весьма сомнительно.

Так была произведена налоговая реформа, которую, по сути, и инициировала и лоббировала власть на государственном уровне ввиду жизненно важной необходимости для самой же власти. Также была образовательная реформа, которая воплотилась в виде замены вступительных экзаменов на ВНО. Не столь глобальные изменения готовились почти десять лет. При этом воплотить их в жизнь удалось в основном потому, что проблемы образования редко беспокоили украинские политические элиты, занятые в основном бизнес-экономическими проблемами. И кое-как частично была реализована военная реформа, вылившаяся в сокращение армии, которая стартовала еще при Кучме. Именно тогда было задумано сократить ВСУ согласно «НАТОвским стандартам». Однако, несмотря на то, что позднее возможность вступить в НАТО превратилась в мечты, реформа не была свернута, и армию продолжали сокращать, а имущество – распродавать, на чем многие, в том числе и нынешние представители власти успели серьезно заработать.

За весь минувший год практически никаких изменений в сфере реализации обещаний не последовало. Сохранилась тенденция – чем больше говорят о реформе, и чем больше обещают, тем меньше в результате получится. Ту же люстрацию, о которой говорили еще на Майдане, превратили в банальную предвыборную технологию, целиком основанную на популизме. Даже когда были приняты законодательные изменения, процесс пошел в обратную сторону. Более того, коррупция проникла даже в сферу борьбы с этим явлением. Инициировав реформу, чиновники-коррупционеры стали соревноваться за возможность контролировать антикоррупционное бюро. Более того, даже в налоговой реформе были введены НДС-счета, которые два раза препятствовали ввести еще Азарову, но почему-то совершенно без критики простили Яценюку. Кроме того было запланировано и создание службы финансовых расследований, однако прежняя преступная власть не решилась реализовать то, что теперь практически готовы к реализации нынешней «демократической властью».

На сегодняшний день никаких реальных реформ в стране не проводится. Их, похоже, не только не хотят провести, но и не могут. Многие общественники считают, что реформирование в какой-то мере компенсировало бы военное положение. Его даже называют новым способом спасти экономику, однако власть отказывается это делать. Впрочем, вместо громкого названия «военное положение» его решили ввести фактически, то есть, не объявляя и не принимая соответствующих указов, не проводя в СМИ пиар-кампанию, в то же время производятся практические законодательные изменения и ведется другая деятельность власти, направленная на почти военное закручивание гаек.

Началось все с того, что в пылу борьбы за полномочия и портфели в декабре прошлого года был принят закон о СНБО, согласно которому секретарь СНБО получает расширенные полномочия. Практически сразу стало понятно, что закон принимался конкретно под Турчинова. Затем 15 января была объявлена новая волна мобилизации, согласно президентскому указу. Впрочем, этот процесс оказался неудачным, о чем можно судить даже по имеющимся в прессе материалам. Так Юрий Бирюков, советник президента, даже пожаловался на то, что мобилизация фактически была сорвана в ряде областей Украины, написав об этом в Фейсбуке. И, несмотря на то, что позднее он удалил сообщение, все его уже прочитали. Кроме того против мобилизации выступают многие общественники. Не обошлось и без скандала, когда был арестован журналист Руслан Коцаба.

Тем временем советник министра МВД Антон Геращенко и некоторые народные депутаты и вовсе пообещали задерживать и устанавливать личности всех участников антимобилизационных митингов, что естественно нарушает все возможные права человека. Тогда же в январе парламентарии приняли еще несколько законов, усиливающих ответственность за военные преступления, среди которых отметился так называемый законопроект о заградотрядах №1762, благодаря которому командиры получили право стрелять в своих подчиненных «для пресечения правонарушений». Также была восстановлена главная военная прокуратура, которую в ходе реформы прокуратуры ранее ликвидировали. В конце января правительство объявило о введении Донецка и Луганска режима чрезвычайной ситуации, а на всей территории Украины ввела так называемый режим «повышенной готовности».

Были сформированы специальные комиссии по вопросам техногенно-экологической безопасности и ЧС с правом принимать решения, которые являются обязательными для всех центральных и местных органов власти. Учитывая, что люстрация все же была запущена, в конце января был принят отдельный закон, выводящий из-под люстрации украинских генералов, руководящих армией, МВД и СБУ. В районах проведения АТО законом предписали создать военно-гражданские администрации, таким образом, на практике воплотив введение «военного положения», при этом официально его не объявляли. Для этого даже пришлось пойти на нарушение Конституции, формируя и создавая некие чрезвычайные комиссии и администрации, представляющие органы власти, но не предусмотренные Основным законом. Были внедрены изменения и в работу СМИ. Снова запретили показ фильмов и сериалов, сделанных в России. Планируется ограничить участие иностранных лиц, работающих в телерадиоорганизациях, для чего также разработан законопроект. Немалое количество изменений затронет и порядок назначения командования нацгвардией и статуса военнопленных. Снова подняли вопрос об отмене депутатской неприкосновенности, но не на практике, а на словах. Причем очевидно, что как минимум восемь месяцев реализовывать этот вопрос не будут.

Несмотря на практическую реализацию «плана военного положения» представители провластной коалиции продолжают постоянно говорить о том, что военное положение вести невозможно. Они мотивируют это тем, что воюющей стране никто не предоставит финансовую помощь. Однако, скорее всего, причины тут несколько иные. Прежде всего, военное положение сделает невозможным дипломатическое решение конфликта. Кроме того военное положение снова поднимет вопрос о квалификации вооруженного конфликта и власти придется как-то опровергать то, что идет гражданская война, а это естественно будет невыгодно в политическом плане. И, наконец, самое главное это то, что военное положение влечет еще и немалую ответственность, в первую очередь конкретно для президента, которая является верховным главнокомандующим. Не секрет что главнокомандующий не контролирует немалую часть вооруженных частей, которые даже после подписания перемирия совершенно открыто заявляют, что придерживаться его не будут. И неудивительно, что Порошенко по возможности пытается подобной ответственности избежать. Мало того, соответствующим образом было прописано и законодательство, согласно которому за АТО отвечает не главнокомандующий, а СБУ. Тем не менее, во власти все-таки поняли, что ввести элементы военного положения на практике все-таки выгодно, так как это – возможность увеличить полномочия определенным элитам. И для продолжения реализации этого плана активно готовятся и другие законопроекты.

Антикоррупционный информационно-аналитический портал job-sbu.org