Стали известны причины массовой гибели пчел в Украине

244

Массовая гибель пчел беспокоила многих на протяжении двух предыдущих сезонов. Пасечники несли убытки и обвиняли сельхозпроизводителей. Последние вину отрицали, химические компании доказывали безопасность своих препаратов. СМИ об этом писали, читатели возмущались.
И вот в киевском Институте экогигиены и токсикологии им. Медведя, результаты исследований которого признаются органами ЕС, провели несколько анализов трупов погибших пчел. И они дали неожиданные результаты, пишет издание «ТЕКСТИ».
Заместитель директора Института экогигиены и токсикологии им. Медведя Александр Кравчук 21 февраля этого года в своем докладе на 8-м Киевском агрохимическому форуме представил результаты прошлогодних исследований, которые по-новому проливают свет на причины массовой гибели пчел.

Кто заплатит за расследование?
Эти исследования сделали на заказ пострадавших песчаников. Дело в том, что процедура выставления претензий за потраву пчел прежде всего требует, чтобы пасека была не только на деле, но и на бумаге, то есть, была зарегистрирована. Многие пасеки в Украине не зарегистрированы. А среди небольших пасек, которые продают мед не дальше базара в райцентре, таких подавляющее большинство. Еще немало пасечникив-«середняков» в документах указывают лишь часть ульев. Соответственно, компенсировать им могут потерю не большего количества пчелосемей, которые есть в документах.

Так же официально, то есть с заключением и регистрацией договоров аренды, должен работать сельхозпроизводитель — чтобы можно было точно установить пользователя участков в радиусе полета пчел. Поэтому выставление претензий преимущественно к крупным агропредприятиям может быть связано с тем, что они официально регистрируют договоры аренды, тогда как небольшие фермеры часто ограничиваются устными договоренностями с односельчанами.

Далее необходимо отправить погибших пчел (подмор) на анализ. По широте спектра обнаружения токсичных веществ на территории Украины и всего бывшего СССР не имеет равных Институт экогигиены и токсикологии в Киеве, лаборатории которого аккредитованы соответствующими стандартами ЕС.

Для подобных анализов предназначены и лаборатории Госпродпотребслужбы. Однако часто лаборатории этого ведомства на местах из-за нехватки финансирования на оборудование и реактивы могут обнаружить сравнительно узкий перечень вредных веществ. «Наши местные органы Госпродпотребслужбы должны делать анализ подмора бесплатно. И они его делают — в своей ведомственной лаборатории в областном центре. А она, о чем ее руководитель сам жалуется, делает анализ на ограниченный перечень веществ.

Например, сделали анализ на наличие фосфорорганических соединений (едких пестицидов, некоторые из которых в ЕС собираются запретить уже в этом году — ред.) — и не нашли. Вот так и сделали анализ: ничего не нашли, и от чего погибли пчелы — неизвестно», — рассказывает пасечник Андрей Данилюк из Славутского района Хмельницкой области.

Институт экогигиены и токсикологии может обнаружить очень много веществ. Но его услуги стоят соответственно. «В прошлом году я заплатил 6 тыс. грн за 2 пробы — пробу из подмора и пробу из семян, которые сеяли рядом как раз перед гибелью пчел. В этом году слышал, что анализ стоит уже 8 тыс. грн за одну пробу», — рассказывает Андрей Данилюк.

«Анализ стоит 7 тыс. грн за пробу, а у меня пенсия 1600 грн. За что делать анализ подмора? А местная Госпродпотребслужба заявила, что она анализ на химические вещества вообще не проводит — только на болезни», — продолжает Василий Сухина из с. Москаленки Чернобаевского р-на Черкасской области. Забывая, что кроме пенсии, у него есть еще и бизнес, а именно — пасека, для которой и надо делать анализ.

Но, пожалуй, еще большей проблемой, чем стоимость анализа, является то, кто за него будет платить. Часто в результате потравы страдает не один пасечник — бывает, что и десяток-другой. И в основном это мелкие пасечники-любители, которые держат кто два десятка ульев, а кто и меньше десятка. В странах, где развита кооперация, подобными вопросами занимаются союзы пасечников. Но у нас все эти союзы и общественные союзы, похоже, существуют для удовлетворения амбиций их руководителей и для пиара (иногда — черного, направленного на подрыв репутации компаний).

Подозреваемый не виновен
Но вернемся к результатам исследований в почтенном киевском институте. Когда гибнут пчелы, первое, что благодаря многочисленным публикациям в зарубежных СМИ приходит в голову как пчеловодам, так и озабоченным экологическими проблемами гражданам, — неоникотиноиды, то есть, один из ядов от насекомых. И их специалисты Института экогигиены и токсикологии нашли в подморе. Но!

Во-первых, из шести случаев, которые привел Александр Кравчук, они были обнаружены только в двух. А во-вторых, в обоих этих случаях их концентрация была в разы ниже смертельной.

Так, в результатах анализа случае в Ровенской области концентрация клотианидина (запрещенного в ЕС — ред.) в подморе составляла 0,0025 мг/кг, тогда как базовая летальная доза LD50 (концентрация, при которой за определенное время погибает половина популяции) при оральном отравлении (попадании внутрь через рот) выше более чем в 10 раз (0,0379), а контактная доза (опасная при контакте с препаратом) выше более чем в 100 раз (0,439). В одном из трех образцов, поступивших из Сумской области, были найдены другие неоникотиноиды — тиаклоприд и тиаметоксам, но опять в концентрации, ниже смертельной соответственно в тысячи и в десятки раз.

Экологи утверждают, что даже низкие дозы неоникотиноидов, значительно меньше смертельных, вредят здоровью пчел и со временем ведут к их гибели. К тому же, весной пчелы ослаблены, поэтому вполне возможно, что летальной может быть и меньшая доза инсектицида. Но в Украине химикаты считаются причиной гибели пчел, только если доза превысила так называемую семилетальную (когда за определенный промежуток времени погибает половина колонии).

В двух из трех случаев, проанализированных в Сумской области, найден хлорпирифос, недавно запрещенный в ЕС, относящийся к классу особо токсичных фосфорорганических соединений. Но опять-таки — в концентрациях в десятки и сотни раз меньше смертельной. В одном случае (в Киевской области) в подморе обнаружили инсектицид из группы пиретроидов тау-флювалинат, но доза была в сотни и тысячи раз ниже смертельной.

Доновен убийца колорадов
От чего же погибли пчелы? В 4 из 6 случаев в организме пчел был обнаружен фипронил — это один из пестицидов, запрещенный в ЕС для опрыскивания с 2017 года, а для протравливания — с 1 апреля 2019 года. При этом, во всех трех случаях из Сумской области доза фипронила была примерно на уровне летальной, а в Хмельницкой — в десятки и сотни раз выше смертельной. В других двух случаях пчелы, очевидно, погибли не от пестицидов. Некоторые экологи называют фипронил еще более опасным для пчел, чем неоникотиноиды, ибо, в отличие от последних, он накапливается в организме пчел.

Откуда же взялся фипронил? Пасечники в таких случаях всегда обвиняют агрофирмы или фермеров, которые хозяйничают рядом. Но, например, на Сумщине в одном из случаев в растениях на соседнем поле сои обнаружили только гербицид S-метолахлор и инсектицид хлорантранилипрол, а в посеве кукурузы — вообще никаких остатков пестицидов. То есть, очевидно, в ходе исследования институт обнаружил еще и кражу пестицидов персоналом агрофирмы.

Зато фипронил является основой популярного препарата против колорадского жука «Регент». Но производитель препарата продает его в Украину в упаковке объемом 12,8 г (как раз на 2 сотки). Понятно, что даже мелкий фермер такую упаковку не использует. В большой упаковке — для фермеров и агрофирм — «Регент» поставляется только в гранулированной форме — для внесения в почву при посадке картофеля.

К тому же, на мелкой упаковке, то есть на «Регент» в жидком состоянии, производитель честно предупреждает: «Ядовитый для пчел». А на гранулированном «Регент» такое предупреждение вообще не имеет смысла: под землей пчелы не летают. Другое дело, что даже американские специалисты жалуются на то, что потребитель читает инструкцию только после того, как что-то пошло не так, а что уж говорить о наших дачниках и огородниках.

А главное — у «Регента» уже существует целый ряд «близнецов», так называемых дженериков. Дело в том, что когда истекает срок патентной защиты химического вещества, ничто не мешает воспроизводить ее тем самым китайцам и индийцам. Затем с тамошних заводов активное вещество экспортируется по всему миру, где все, кому не лень, бодяжат на его основе собственные препараты. Есть свой производитель препаратов на основе фипронила в Беларуси и сразу несколько в России. Они конкурируют с «Регент» за счет цены, обеспечивая такой же эффект: жуки падают не хуже.

Однако всю сложность копирования пестицидов поймет лишь тот, кто терпел неудачу, пытаясь повторить рецепт, услышанный от звездного шеф-повара на кулинарном шоу или записанный от любимой бабушки. К тому же, удешевление часто происходит за счет экономии на добавках, в частности тех, которые направлены на безопасность препарата.

Например, исследования препарата против различных плодожорок одной международной компании показало, что за несколько дней после внесения погибают практически все вредители, а через 2-3 недели после внесения пестицид начинает быстро разлагаться. В результате, пока яблоки отсортируют и довезут до распределительных центров розничной сети, а затем в магазин, содержание пестицида в плодах станет значительно ниже ограничений. А вот с генериком был у одного украинского садоводческого хозяйства случай: уже конец зимы, яблоки начинают терять товарный вид, еще 2-3 недели — и ни один супермаркет на возьмет, а содержание пестицидов все еще выше нормы. А вредители попадали.

По словам А. Кравчука, именно такой генерик белорусского производства стал источником фипронила на Сумщине. Можно заявлять, что пчела над картошкой не летает, но на приусадебных участках обрабатывают от колорадского жука и помидоры, и баклажаны. К тому же, нередко обрабатывают посадки по несколько раз, из-за чего суммарная доза может быть значительно выше, чем на картофельном поле агрофирмы.

А учитывая, что на огородах, а тем более на границах, случаются цветущие сорняки, а некоторые огороды расположены у приречных лугов, то версия гибели из-за дачников-огородников вполне правдоподобна. Тем более, что месяц гибели пчел институт не указывает: это может быть и май, и июнь.

Коварный убийца из-под земли
Но самым интересным, по словам А. Кравчука, был случай на Хмельнитчине. Сочетание химических веществ, найденных в организме пчел, имеет только один зарегистрированный в Украине препарат, и это — протравитель для сои, то есть препарат, который наносится на семена. Мало кто мог подумать, что пчелы погибли не от инсектицидного опрыскивания, а от протравливания. Ведь протравитель должен находиться на семенах. Соответственно, о безопасности протравителя для пчел никто не думает по той простой причине, что семена под землей, а пчелы в воздухе.

Тем не менее, ученые установили, что во время посева семян сложились условия, способствовавшие загрязнению протравителем окружающей среды. И раньше было известно, что во время перегрузки и сева протравленных семян часть протравителя теряется и поднимается в воздух вместе с пылью.

Специалисты агрохимических компаний (производителей протравителей) напоминают, что при определенных условиях это может представлять опасность для здоровья персонала, задействованного при перегрузке или посеве семян. При этом они отмечают, что во время протравливания в хозяйствах часто нарушается технология нанесения протравителя, из-за чего он осыпается из семян и поднимается с пылью в воздух.

А среди мелких фермеров многие протравливают семена не в специальных машинах, а в бетономешалке, или расстилает семена на брезенте и опрыскивает из пульверизатора — о каком качестве и безопасности может идти речь? Правда, в Хмельницкой области сою протравливала агрофирма среднего размера, которая не протравливает семена в бетономешалке хотя бы потому, что физически не успеет протравить этим способом все семена.

Возможно, пчелам вредят протравители не только для сои, но и для других культур. Например, Василий Сухина подозревает в гибели своих пчел протравитель для кукурузы: именно его улица, на которой пасеки понесли ущерб больше, чем в других частях села (и не только у него, но и у его соседей), расположена ближе к полю, на котором ночью сеяли кукурузу. К тому же, ветер дул именно с поля на село.

Также многие пасечники обвиняют более высокоскоростные пневматические сеялки, в которых поток воздуха обдувает семя и может сдувать с нее протравитель. Менеджер по маркетингу компании Bayer Сергей Путренков считает: «Пневматические сеялки влияют на пылеобразование так же, как и механические. А вот выбросы этой пыли в окружающую среду значительно отличаются».

Также он добавляет, что европейские и североамериканские фермеры самостоятельно протравливают только семена зерновых. А подсолнечник, кукурузу и сою или покупают уже протравлеными у селекционных компаний, или отдают на протравливание на специализированные предприятия, имеющие оборудование лучше и технологичнее, чем то, которое используют украинские агрофирмы.

Конечно, пестициды — не единственная причина гибели пчел. Пасеки по всему миру опустошает варроатоз — болезнь, которую распространяет клещ варроа, и против нее пока еще нет никаких средств. К тому же, специалисты указывают, что пчелы после перезимовки ослаблены и больше поражаются болезнью. Впрочем, одновременно гибель значительной части пчел в улье указывает скорее на отравление, чем болезнь или вирус.

Способствует сокращению количества пчел и усиление засушливости климата. Любой пчеловод скажет, что для пасеки необходим источник воды — а что там у нас с малыми реками? И не только у нас: так, в Германии ожидают третий подряд засушливый год. Даже в Нидерландах, как пожаловался депутат верхней палаты тамошнего парламента, выходец из фермерской семьи и друг Украины Сибе Шаап, в последние годы случаются засухи, а восточная часть страны постоянно испытывает дефицит осадков. Это прямо коррелируется с уменьшением количества насекомых-опылителей в Европе, и не только пчел.

Климатические изменения приводят и к быстрому протеканию метеорологической весны, которая сокращается с трех месяцев иногда до месяца. И это тоже убивает пчел, и особенно это было заметно в предыдущие два года: небольшие фермеры обычно не имеют собственных опрыскивателей и пользуются услугами специализированных фирм. В условиях быстрого перехода погоды зимней в летнюю такие фирмы работали в авральном режиме. Бывало, фермеру звонили, что «мы едем к вам» всего за несколько часов. Неудивительно, что в таких условиях фермер не успевал предупредить соседей-пасечников.

Что же делать?
Сначала надо исследовать больше случаев смертей пчел. Далее, прежде чем запрещать пестициды, следует добиться выполнения действующих норм внесения препаратов — возможно, усилить ответственность за их нарушение, как это недавно сделали в отношении выжигание травы — еще одного нашего экологического бедствия. И кардинальных изменений не будет без объединения пасечников. Но не для акций протеста, а для рутинной ежедневной работы — сбора средств на анализ и юридическую защиту пчеловодов с целью добиться компенсации и наказать виновников потрав. Если удастся решить хотя бы несколько дел в пользу пострадавших пчеловодов, это позволит сформировать практику прецедентов и заставит сельхозпроизводителей на деле учитывать интересы пчеловодов.

По материалам: argumentua.com