Дело нешуточное…

348

Как корреспондент «Главреда» разбирался в тонкостях прокурорского юмора во время процесса против бывшего первого замминистра юстиции Евгения Корнийчука в Печерском суде.

В пятницу, 18 марта, за шутками и весельем пролетел еще один день в уголовном процессе против господина Корнийчука. С утра все места в маленьком зале судебного заседания (по наблюдениям «Главреда», чем резонанснее дело — тем меньше зал) уже загодя заняли представители иностранных посольств — немцы, датчане, шведы, американец. Они кое-что конспектировали и, казалось, выглядели вполне удовлетворенными. Как рассказал Евгений Корнийчук корреспонденту «Главреда», теперь у европейских дипломатов появилась новая традиция — ходить на процессы против «узников совести», и лично он этому обстоятельству очень рад.

Судья Оксана Царевич опаздывала на 10 минут — она без пиетета относилась к участникам процесса, даже иностранным. Но свидетели уважали ее еще меньше: из 12 человек явились только пятеро. Двое, как потом оказалось, застряли в пробке. Для них повестка в суд — еще не повод, чтобы приходить вовремя.

После неудачной попытки заявить отвод молодой и неопытной, как казалось защите, судье Царевич адвокат Фомин (он же защищает Юрия Луценко) зашел с другой стороны. Он заявил ходатайство о коллегиальном слушании дела. Обвинение и защита тут же начали выяснять отношения по этому поводу, а они были запутанными.

Как утверждал Фомин, раз Корнийчука обвиняют по двум статьям – превышение власти и служебных полномочий (от семи до десяти лет) и подделка документов (от двух до пяти), то ему теоретически может быть вынесен приговор на срок больше 10 лет. Это является основанием для коллегиального рассмотрения дела, если на этом настаивает защита.

Напомним, Корнийчука обвиняют в превышении власти и служебных полномочий (ч.3 ст. 365 УК) и подделке документов (ч.2 ст. 366 УК). А именно: будучи первым замминистра юстиции, он подписал правовое заключение для Минэкономики о закупке юридических услуг для НАК «Нафтогаз» без тендера, у одного лица — фирмы «Магистры», учредителем которой он когда-то был (доля - 25%). Дополнительные затраты НАКа на закупку услуг у «Магистров» составили 6 млн 638 тыс. 300 грн, которые следствие расценивает как убытки государству. «Меня тоже могут посадить. Корнийчук же мог найти адвоката и дешевле, и разницу посчитать как убытки, которые я ему нанес», - как всегда оригинально пояснил суть дела адвокат.

Но прокурор тут же перешел в контрнаступление с помощью своих знаний уголовного процесса. Он заявил, что санкция более тяжкой статьи (ч.2 ст. 365 УК) предусматривает наказание до десяти лет. То есть он возражал против ходатайства. И судья сразу, без пояснений и удаления в совещательную комнату, отказала – и все.

Как потом пояснил корреспонденту «Главреда» Фомин, ему нечасто приходилось заявлять такие ходатайства. Но он надеялся, что в Печерском суде не найдется трех продажных молодых судей — максимум двое. «Мы традиционно получаем отказы на наши ходатайства. Нас не услышали относительно коллегиального рассмотрения... Нам ненадлежащим образом отказали в отводе судьи — на ходатайство по закону должен был ответить председатель апелляционного суда, а ответил заместитель. Я не ставлю повторно вопрос об отводе — я вижу, как рассматриваются ходатайства. Но наши права уже дважды нарушены», - поделился с «Главредом» своими впечатлениями от процесса Корнийчук.

Следом чуть было не отправилось в корзину еще одно ходатайство адвоката — о вызове в суд шести свидетелей: директора департамента бухучета и отчетности НАК «Нафтогаз» Татьяны Алдаркиной; экс-замруководителя юридического департамента НАКа Ларисы Колесник; Олега Бондарчука — директора той самой юридической фирмы, которая готова была представлять интересы «Нафтогаза» в Стокгольмском арбитраже дешевле; научного сотрудника Института государства и права, который проводил экспертизу, и двух партнеров фирмы «Магистры» (Эндрю Мака и Джона Вильямса).

Но обвинение из шести свидетелей «забраковало» трех, включая и главбуха предприятия Алдаркину. «Абсолютно странное поведение прокуратуры – они против вызова в суд людей, которых они же допросили как свидетелей, - Корнийчуку было многое непонятно. - То есть они допросили, кого хотели, а нам попытались отказать. У нас нет состязательности, что говорит прокурор, то, как правило, и делается». Судья Царевич удовлетворила ходатайство частично, отказав в вызове Колесник, так как на суде будет выступать в качестве свидетеля ее начальник.

После оглашения ходатайств настал черед зачитывания обвинительного заключения. Прокурор Антон Зинченко делал это так долго, что до конца досидели не все. В перерыве (потому что без него было никак — прокурор читал очень монотонно, и, похоже, утомил даже самого себя) стороны решили заключить шуточное пари:

- А вы пролистайте несколько страниц, не читая, все равно никто не заметит. Ставлю свои запонки, - шутя предложил Фомин.

- А мне нравится читать, - тоже шутя, ответил прокурор Зинченко.

Пресса заметно приободрилась, это была первая удачная шутка за весь день. И корреспондент «Главреда» на свою голову предложил быть свидетелем спора. На что тут же получил отповедь прокурора: «Свидетели долго не живут!». Стороны вздрогнули и через мгновение зашлись хохотом! «Заметьте, это не я сказал. Мечта любого прокурора — раскладная «клетка»», - ухохатывался Корнийчук и сделал характерное движение локтем — сверху вниз с поднятым кулаком: «Йес!». «Шутки у вас однообразные: «Мы можем организовать вам бесплатную доставку в тюрьму. Почувствуйте себя под конвоем», - передразнивал Фомин.

И тогда господин Корнийчук преподал урок, как надо шутить: «В цирке объявили новый номер с летающими крокодилами. Когда выключили свет, оказалось – правда: действительно летают. «Как вы это делаете?» - спросил один из зрителей. На что крокодил ответил: «Ты не понимаешь, как нас тут бьют!».

На этом шуточки сторон не закончились.

- Нам реклама не нужна, а вам как раз, - вошел во вкус прокурор Зинченко.

- Конечно, вам и так неплохо платят. Вон Генпрокуратуре в бюджете добавили 1 миллиард гривен, - парировал Фомин.

- Дался вам этот миллиард. Это же ГПУ дали, а не нам, - сокрушался Зинченко.

- А вы проведите прокурорское расследование, куда он делся, - посоветовал Фомин.

После перерыва зачитывание обвинительного заключения продолжилось. Судя по документу, ситуация была запутанной. Во-первых, в день подписания злополучного письма Корнийчук был в командировке. Во-вторых, ни запрос «Нафтогаза», ни ответ на него в регистрационной базе Минюста не числятся. В-третьих, под тем же номером в Минюсте зарегистрировано другое письмо в адрес НАКа. В-четвертых, запрос от НАКа принес нарочный и вручил Корнийчуку лично в руки, что делать запрещено. Наконец, служебными инструкциями Минюста за Корнийчуком не закреплено право давать правовые заключения — только разъяснения законодательства, указал в своих пояснениях экс-министр юстиции Николай Онищук.

Распутать этот клубок могли бы свидетели, в частности, помощники Корнийчука в Минюсте, но их вызовут не раньше 1 апреля. На эту дату – такая вот «шутка»! - назначено очередное слушание дела.

glavred.info