Новые подробности в деле о фастовских боксерах

690

В деле о фастовских боксерах, избивающих прохожих ради развлечения, новый поворот. Оказалось, преступники действуют под прикрытием охранной фирмы, а жена одного из злоумышленников, представляющегося своим жертвам следователем, работает в киевском областном милицейском управлении.

В редакцию «ФАКТОВ» обратился житель Фастова Василий Синегуб. Мужчина рассказал, что четыре месяца назад двое молодых людей изувечили его единственного сына Максима и отняли у него фамильную реликвию — золотой перстень с бриллиантами. События происходили в магазине «Фора». Установленные там камеры наблюдения зафиксировали драку. Однако правоохранители задерживать бандитов не спешат.

— Знаю, что обидчики моего сына — боксеры местного спортивного клуба, гоп-стопники, беспредельщики, местные «титушки», которые держат в страхе весь город, — говоритВасилий Синегуб. — Я приносил в прокуратуру фотографии изуверов, приводил других потерпевших, которых эта банда тоже избила. Но преступники до сих пор разгуливают на свободе…

«Когда один из бандитов встал мне на лицо и начал прыгать, я потерял сознание»

Недавно «ФАКТЫ» писали о страшных событиях в Фастове, которые местные жители нарекли «казновским побоищем». В Казновке — отдаленном районе города — группа молодых людей беспричинно набросилась на девушку и ее отца, возвращавшихся домой из Киева. Изверги нанесли тяжелейшие травмы мужчине, истерзали его дочь и ее друга, бросившегося на помощь. Бандиты уезжали и трижды(!) возвращались, чтобы добивать своих жертв. За это время Ольга несколько раз звонила в милицию, умоляя о помощи. Идти сама, а тем более тащить на себе отца, который не подавал признаков жизни, девушка не могла. Но спасать попавших в беду людей правоохранители так и не приехали.

Уголовное производство, открытое по факту нанесения отцу девушки Валентину тяжких телесных повреждений, с самого начала расследовалось очень медленно. Хотя Ольга сообщила номер машины обидчиков и подробно описала их внешность, задерживать их никто не спешил. Ситуация изменилась только после вмешательства прессы. Один из нападавших — Антон Филенко (имя и фамилия изменены) был арестован, а двоих его подельников объявили в розыск. Но жители Фастова утверждают, что милиция поймала лишь хвост от ящерицы. Ведь беспричинные избиения людей боксерами, для которых гоп-стоп — развлечение и способ наживы, происходили и до «казновского побоища», происходят и после. Правоохранители эту версию категорически отрицали, заявляя, что в Фастове зафиксированы только бытовые драки и пьяные потасовки между родственниками. Однако выяснилось, что это далеко не так…

*Кроме переломов пятого ребра и пальца, с которого сорвали перстень, Максим Синегуб получил множественные ушибы и гематомы

— В тот день, 30 марта, у меня было отличное настроение, — вспоминает 30-летний Максим Синегуб. — Мы с друзьями наконец-то выкроили время, чтобы отвлечься от работы и вместе отдохнуть. Сначала поехали в баню, попарились, а потом договорились отметить встречу. Закупаться продуктами решили в магазине «Фора» в центре города. Двое товарищей остались сидеть в машине, а я со своим другом Тарасом Остапчуком отправился за покупками. В отделе алкоголя, где проход между стендами и так очень узкий — чуть больше метра — стояло двое мужчин. Обойти их не было никакой возможности. Тарас прошел первым, с трудом протиснувшись. А я немного не вписался. Мимо первого парня проскользнул, а второго чуть-чуть зацепил плечом. Он ничего мне не сказал, и я прошел дальше, оживленно разговаривая с другом. Но тут почувствовал толчок в спину. Обернулся, спросил у молодого человека, что ему нужно. И получил удар кулаком в лицо. Потом еще один. Дальше происходило нечто невообразимое. Подбежавшие охранники «Форы» схватили не этих ненормальных, а… меня! Пока меня держали, один из тех двоих стянул с моего пальца золотое кольцо с бриллиантом — подарок родителей на тридцатилетие. Перстень упал на пол, его подхватил один из моих обидчиков. Я хоть и был оглушен, с подбитым глазом, но побежал за ними вдогонку по магазину, крича, чтобы вернули кольцо. Тогда охранники схватили меня и отволокли подальше от касс, где уже не было камер наблюдения. Те двое, что спровоцировали драку и украли перстень, повалили меня на пол и принялись бить ногами по голове, по ребрам. Когда один из них встал мне на лицо и начал прыгать, я потерял сознание.

— Это был кошмар, хоть и длился он всего несколько минут, — рассказывает «ФАКТАМ»свидетель драки, друг Максима Тарас Остапчук. — Меня не тронули, возможно, потому, что я достаточно известный в городе врач-рентгенолог. Я пытался остановить нападавших, но без толку. Ребята крепкие, спортивные, и защищаться от их ударов было невозможно.

«Я — следователь милиции, и вы против меня ничего не стоите»

— Сына спасла случайность, — вздыхает отец пострадавшего, Василий Николаевич. — Крики из «Форы» услышал один очень влиятельный в Фастове человек, некий Жора, который как раз сидел в ресторанчике «Вернисаж» по соседству с магазином. Жора — бывший боксер, человек с непростым прошлым, его знают и уважают даже криминальные элементы. Максима Жора знает с детства, пожалел, дай ему Бог здоровья, моего сына, цыкнул на тех двоих бандитов, и они оставили свою жертву в покое.

— Один из нападавших все время твердил, что он — следователь милиции, — вспоминает Максим. — Я и так был в шоковом состоянии, а услышав о следователе, вообще не знал, что и думать. Чем я мог не угодить милиции?

— Тарас вывел истерзанного Максима на улицу и помог ему добраться домой, — говорит Василий Николаевич. — Я не узнал собственного сына! Вместо лица было что-то бесформенное, окровавленное, страшное. Говорить Максим не мог. Узнав от Тараса, что случилось, я сел в машину и понесся к «Форе», думая, что там уже давно никого нет. Но бандиты и не думали убегать! Позже я узнал, что один из них, увидев, что возле ресторана «Вернисаж» группа его знакомых боксеров избивает ногами молодого паренька, скорчившегося на земле, засмеялся и, не вникая в суть конфликта, побежал туда, чтобы помочь дружкам и тоже помолотить бедолагу ботинками по почкам. Когда я приехал, эти два изверга, покалечивших моего сына, стояли у магазина и спокойно переговаривались.

*Прямо в помещении «Форы» отец Максима Василий Николаевич показывает, как охранники магазина удерживали его сына, фактически помогая бандитам в избиении

«Молодые люди, я — отец парня, которого вы только что избили. Вы не хотите мне что-то сказать и кое-что вернуть?» — спросил я их. «Я — следователь милиции, и вы против меня ничего не стоите», — презрительно отозвался один. «Пошел ты, папаша, на…» — матерно выразился другой. «Пойду», — согласился я. И на следующее же утро написал заявление в прокуратуру.

С тех пор прошло четыре месяца, но дело никак не сдвигается с мертвой точки. Глядя на поведение правоохранителей, мы только диву даемся. Например, открыли уголовное производство по первой части статьи «Разбойное нападение». При этом указали, что нападали на Максима двое, а это значит, что нужно было квалифицировать преступление по второй части — «Разбойное нападение, совершенное группой лиц по предварительному сговору». Потом вдруг уголовное производство вообще закрыли. А нам об этом сообщили в письме лишь через месяц. Ни одного свидетеля с нашей стороны не допрашивали. Только когда я написал жалобу министру внутренних дел, что-то сдвинулось с места.

— При общении с милицией всплыл интересный факт, — усмехается Максим Синегуб. — Женщина-следователь оказалась подругой одного из напавших на меня бандитов. Она два часа уговаривала меня забрать заявление, объясняя, что мой обидчик — распрекрасный человек. После моего отказа прислала к нам домой оперативников, чтобы они организовали мне принудительный привод в милицию, потому что я якобы уклоняюсь от допросов!

«На фотографии членов группировки, промышлявших гоп-стопом, я с удивлением узнал… охранника «Форы»

— Нам постоянно обещают, что завтра-послезавтра уже начнутся следственные действия, но проходит неделя за неделей, и ничего не происходит, — возмущается Василий Николаевич. — Мне пришлось проводить собственное расследование и по крупицам собирать доказательства. Например, я вытребовал у охранников магазина видео с камер наблюдения. Удалось узнать фамилии людей, избивших сына. У одного из них, Алексея Короленко (имя и фамилия изменены. — Авт.), того, что представился следователем, жена работает в криминальной милиции по делам детей в Киевском областном управлении МВД. Второй, Виталий Вратарев (имя и фамилия изменены. — Авт.), давно промышляет гоп-стопом, бывшая его жена — наводчица во всех их лихих делах. Знакомые передали мне фотографии членов этой группировки. На одном из снимков я с удивлением узнал… охранника «Форы». А потом припомнил, что и при избиении Максима охранники были заодно с бандитами, а после драки возвращались все вместе в магазин чуть ли не в обнимку.

В доказательство своих слов Василий Синегуб показал съемку, сделанную скрытой камерой слежения. На записи четко видно, как в «Фору» входят два молодых человека, сосредоточенных, собранных. Они становятся в проходе, перегораживая путь. Один берет большую железную банку с энергетическим напитком и набивает об нее кулаки. Как только Максим с Тарасом проходят мимо, начинается драка. Град страшных ударов, попытка пострадавшего догнать обидчика… И вот крупный мускулистый охранник, подхватив Максима, утаскивает его из зоны видимости камер, за кассы. Туда же направляются зачинщики драки.

— Здесь еще несколько дней после случившегося все было залито кровью моего сына, — указывает Василий Николаевич на стену коридора «Форы». — Стекло на тревожной кнопке было разбито его головой. Да вы спросите обо всем охранника. Это ведь тот самый, который держал моего сына.

— Вы можете рассказать, что случилось в ту ночь, когда два бандита избили и ограбили молодого человека? — спрашиваю я у невысокого, накачанного блондина с надписью на бейджике «Александр Музыченко. Охранник». — Вы же присутствовали при этом?

— Допустим, — осторожно отвечает он. — Вы хотите, чтобы я вам обо всем рассказал? Подождите, я спрошу…

Александр с кем-то долго советуется по телефону, предварительно отойдя от меня подальше, и возвращается полный решимости.

— Я давал все показания в милиции как свидетель, — сообщает он. — Так что вам ничего рассказывать не буду.

Василий Синегуб при мне позвонил следователю Александру Глушко с вопросом о том, как продвигается расследование. Разговор происходил по громкой связи.

— Да я не знаю, — мялся следователь. — Прокуратура же у себя столько времени дело держала. Мне его только вчера принесли. Ну, наверное, начнем собирать всех — и свидетелей, и потерпевших. И Вратарева с Короленко пригласим. Я сегодня просил их приехать, но они сказали, что заняты где-то в селе.

— Но почему же за столько времени ничего не сделано? Почему вы до сих пор не проводите никаких следственных действий? — возмущается Василий Николаевич.

— А что я? Я только выполняю указания. Завтра соберем всех, и будет допрос.

На следующий день, как и следовало ожидать, допроса свидетелей не было.

— Следователь — процессуально независимое лицо, — комментирует ситуацию начальник пресс-службы Киевской областной милиции Николай Жукович. — Однако контролирует его работу (в частности открытие и закрытие уголовного производства, порядок и время проведения следственных действий) прокуратура. Что касается ответа на то, почему бандиты — если они известны милиции и прокуратуре — до сих пор разгуливают на свободе, могу сказать только одно: нет достаточно веских причин, чтобы взять их под стражу. Пока не будет стопроцентной уверенности в том, что люди, которых узнал Синегуб и теперь по фотографиям опознали Ольга и Валентин, — одни и те же, арестовывать их нельзя. Кстати, Оля узнала на снимках тех, кто якобы избил ее с отцом, только сейчас. Но когда несколько месяцев назад следователь показывал девушке этих же людей на фото, она их почему-то не опознала.

«Конечно, девочка хочет наказать своих обидчиков. Вот и согласилась с Синегубом»

— Презумпцию невиновности в нашем законодательстве никто не отменял, — говоритпрокурор Фастовской межрайонной прокуратуры Станислав Гущесов. — Где Синегуб-отец взял эти снимки? Проводил свое расследование? Занимался частным сыском? Следил за этими людьми? А имеет ли он право добывать конфиденциальную информацию?

— Человек пытается найти обидчиков своего сына, если это не делают те, кто по закону обязан. Вполне естественно, — возражаю я.

— Ну, так что ж он не придет к нам и не даст официальные показания, где и как он нашел эти фотографии? Помог бы следствию.

— А вы бы обвинили его в противозаконных действиях и частном сыске?

— Да ладно, перестаньте. И даже если он нашел тех, кто побил его Максима, зачем было приходить к Оле и настраивать ее, что это те же самые люди? Конечно, девочка хочет наказать своих обидчиков. Вот и согласилась с Синегубом. Прокуратуру обвиняют в бездеятельности, но мы все это время проводим расследование. Просто у нас еще недостаточно доказательств для того, чтобы задерживать преступников.

— Разве травмы Максима и видеозапись, где видно, кто именно нанес ему удары, не являются основанием для задержания? Ведь люди, опасные для общества, продолжают разгуливать на свободе.

— Там слишком много вопросов. Было ли кольцо? Упало или его стянули с пальца? И ведь потерпевший сам спровоцировал конфликт. Вы видели на видео, что он оборачивается к этим людям и кричит.

— По словам свидетелей, Максим требовал отдать перстень. Жаль, камеры наблюдения не фиксируют звук…

— Да что там слушать? Что мы с вами, матов не слышали? И выписку о переломе ребра Синегубу, кстати, делал его друг-рентгенолог Остапчук. Так что там тоже есть вопросы. Но пока сомневаться в диагнозе не будем. Что же касается опроса свидетелей, в частности этого самого врача, который был с потерпевшим в магазине, то мои следователи были разбужены среди ночи и сразу же побеседовали со всеми участниками конфликта.

— Это неправда, — возмущается рентгенолог Фастовской районной больницы Тарас Остапчук. — Впервые меня вызвали на допрос через два месяца после драки! А до этого никому не было дела до того, что произошло в «Форе». Я действительно делал Максиму рентген. У него был перелом пятого ребра. Но сомневаться в правдивости диагноза глупо — ведь все анализы и обследования, в том числе рентген-снимки, повторно делались в Белоцерковской районной больнице, где мой товарищ пролежал почти месяц.

Кроме перелома ребра, у Максима Синегуба был сломан палец (именно тот, на котором он носил кольцо), констатированы множественные ушибы и гематомы головы и сотрясение мозга. Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы, мужчина получил травмы средней степени тяжести.

Напомним, что во время избиения троих человек в Казновском лесу 20-летняя Ольга и ее друг Дмитрий получили легкие телесные повреждения, а отец девушки Валентин — тяжкие. У него диагностировали внутричерепную гематому, ушиб головного мозга, многочисленные осколочные переломы — верхней и нижней челюстей, лобной кости, костей лицевой части черепа.

— То, что Василий Синегуб давит на нас, чтобы мы опознали своих обидчиков в бандитах, избивших его сына, — ложь, — говорит Ольга. Девушка, как и в прошлый раз, просит не называть ее фамилию. — Мы познакомились с Василием Николаевичем на ток-шоу. После выхода публикации о нас в «ФАКТАХ» журналисты телеканала «Украина» решили тоже провести расследование фастовских избиений и разыскали еще одного потерпевшего — Максима Синегуба. Его отец принес с собой эти снимки и спросил, не узнаем ли мы кого. На одном из них я увидела мужа и жену Вратаревых, которые били нас с папой в лесу. Меня аж затрясло. Все, что мы пережили, снова встало перед глазами, и я с трудом сумела справиться с собой.

Кстати, Василий Николаевич показал мне также фотографии двух молодых людей, которые на следующий день после избиения Максима следили за их домом. Синегубу удалось сфотографировать их на автобусной остановке. Среди них я тоже узнала одного из тех, кто избивал нас с папой. Теперь мне вменяют в вину, что я опознала бандитов только сейчас, а не тогда, когда мне показывали их фотографии в милиции. Но ведь тогда мне при понятых показывали снимки совершенно других людей! Вместо фотографий преступницы мне, словно издеваясь, предъявляли снимки актрис из сериалов и певиц… Гораздо позже показали фотографию Филенко — водителя машины, которая нас преследовала и в которой катались бандиты. Я, конечно, тут же его опознала. Но его соучастников милиция в упор не хочет видеть. Вратарева и его жену не арестовывают. А один из наших обидчиков набрался наглости и пришел в суд… свидетелем защиты! Красноречиво рассказывал, что Антон Филенко в тот вечер не бил нас в лесу, а находился совершенно в другом месте. Якобы с этим свидетелем. У меня дар речи пропал. И я, и папа стали кричать, что это не свидетель, а соучастник, бандит, который тоже бил нас. Что, думаете, его задержали? И суду, и милиции, и прокуратуре, похоже, очень важно, чтобы эта преступная группировка, которую они прикрывают, оставалась на свободе.

«У нас много завистников. Как где кого-то побили — сразу на нас сваливают»

— Я бы вам многое мог рассказать, но не на диктофон, — признается охранник фастовского ресторана «Вернисаж» Владимир Поспишный, ставший свидетелем избиения Максима в «Форе». — А так, сами понимаете, работа, ночная смена. Могу из ресторана выйти и… домой не дойти. Пострадавшего в драке в магазине я видел только, когда его уже вывели на улицу. Конечно, он был избит, в шоковом состоянии. Я помог ему подняться. О его обидчиках могу сказать, что это завсегдатаи «Вернисажа». Короленко, например, неделю назад отдыхал здесь.

Найти боксерский клуб «Спортивная нация», в котором, по мнению жителей Фастова, занимаются причастные к избиениям прохожих люди, оказалось непросто. Выяснилось, что предприятие юридического адреса, сайта, телефона не имеет. Единственной зацепкой для нас стала страничка клуба в социальной сети «ВКонтакте».

— Мы — не боксерский клуб, а… общественная организация, — сообщил «ФАКТАМ»председатель «Спортивной нации» Максим Петренко. — Открываем спортзалы, в которых тренируются местные жители. В городе уже три таких центра, скоро откроются еще три — по селам. Мы хотим, чтобы Фастов участвовал в соревнованиях на всеукраинском уровне. Конечно, у нас много завистников. Как где кого-то побили — сразу на нас сваливают.

— То есть парни, избивавшие людей в лесу и в магазине «Фора», к вам отношения не имеют?

— Ну отчего же? Саша Музыченко, как и остальные охранники «Форы», у нас тренируется, это факт. У нас с «Форой» контракт. Краем уха я слышал, как ребята рассказывали о произошедшем, но особо в подробности не вникал.

— А Короленко и Вратарев тоже посещают ваш клуб?

— Нет, но я их прекрасно знаю. Короленко торговал пиротехникой, я у него салюты покупал на праздники, а с Вратаревым учился вместе в ПТУ. О драке и на Казновке, и в «Форе» слышал, конечно. Но в магазине же ничего серьезного не случилось. Синегуб с другом был, так что все по-честному, ребята два на два вышли…

В тот день, когда корреспондент «ФАКТОВ» приехала в Фастов для проведения журналистского расследования, Виталию Вратареву наконец вручили постановление о подозрении в нанесении… легких телесных повреждений Максиму Синегубу.

По материалам:  fakty.ua