Голосование

Донбасс. Новороссия или Украина

Результаты опроса

Трудно быть НАБУ

09:00 11.05.2017 306

200Вот уже два года как в Украине действует первый настоящий антикоррупционный орган. Общество предъявляет серьезные требования к борьбе с коррупцией и соответственно за это антикоррупционные сыщики получают весьма хорошие зарплаты. Стоит ли тех денег их работа, и каких успехов на антикоррупционном фронте удалось достичь?

Читайте также: Поможет ли НАБУ Юрию Луценко?

16 апреля 2015 года был подписан указ президента о создании национального антикоррупционного бюро. Полноценную работу НАБУ начало в декабре 2015 года. Вышло так, что процедура формирования специализированной антикоррупционной прокуратуры задержала начало реальной работы органа. Лишь 22 сентября 2015 года тогдашний генпрокурор Шокин подписал соответствующий приказ, а кадры в САП стали формировать 7 сентября. За работу этих ведомств государство регулярно платит хорошие зарплаты. Например, на НАБУ в 2017 году будет затрачено 773 млн. гривен налогоплательщников, на САП пойдет 119 млн. гривен. в среднем зарплата рядового сотрудника этих ведомств стартует от 40 тыс. гривен, а у руководства достигает 200 тыс. гривен. Для сравнения в региональных прокуратурах сотрудники получают не более 8 тыс. гривен. Столь огромные зарплаты назначены для их неподкупности.

Учитывая серьезные затраты на этих работников общество желает видеть и результаты их работы. В НАБУ открыто более 270 досудебных расследований. До суда дошло 52 обвинительных акта, касающиеся 79 персон, среди которых 8 судей. Однако за 2016 год удалось посадить лишь 11 взяточников, причем во всех случаях подозреваемые сами признали свою вину и пошли на сделку со следствием для того чтобы взамен получить условный срок. Таким образом, сотни миллионов гривен ежегодно уходят на то чтобы посадить десяток взяточников, среди которых совсем немного резонансных высокопоставленных фигур. В общей сложности в НАБУ считают, что задержали взяточников, нанесших урон на 83 млрд. грн. Так, например, заместитель прокурора киевской области Александр Колесник похитил со складов бюджетной организации сахара на 300 млн. гривен, одесский судья Алексей Буран получил взятку в 0,% млн. Еще одним коррупционером, обнаруженным НАБУ стал военный прокурор АТО Константин Кулик. Среди резонансных уголовных дело можно вспомнить депутата Александра Анищенко которого обвиняют в махинациях с газом, и киевского судью Николая Чауса, также сбежавшего из Украины, прикрываясь судейским иммунитетом. Открыто уголовное дело на главу ЦИК Михаила Охендовского, а 2 марта был задержан глава государственной фискальной службы Роман Насиров, которого позже впрочем, отпустили.

Но открытие уголовных дел и задержание – это далеко не самое важное в работе НАБУ, ведь чтобы оправдать общественные ожидания необходимо собирать серьезную законодательную базу, с помощью которой можно будет вынести обвинительный приговор, а не просто открыть громкое дело. С 2012 года уголовно-процессуальный кодекс ввел принцип равенства сторон и поэтому пока факт дачи взятки абсолютно четко не доказан, к любым задержаниям и заявлениям можно относиться крайне скептически, большинство таких дел просто рассыпается. В то же время антикоррупционные ведомства в отсутствие обвинительных приговоров сетуют на суды. В антикоррупционной прокуратуре утверждают, что из 50 уголовных дел, переданных в суд, рассмотрение не начато по большинству из них. В стране имеется дефицит судей, так как около 30% судейских вакансий открыты. В столице на каждого судью приходится 238 дел.

Еще одной проблемой для антикоррупционеров является длительность рассмотрения дел в суде. И в НАБУ и в САП просят как можно скорее создать специализированный антикоррупционный суд. Впрочем эксперты считают что государственное обвинение гораздо больше зависит не от сроков рассмотрения дел а от того насколько качественно проведено досудебное следствие. В НАБЮУ стремятся громко заявить обществу о поимке коррупционера, но доказательная база всегда хромает. И это неудивительно, ведь в следователи НАБУ набирали людей без опыта следственно-оперативной работы. Следователи стремятся взять подозреваемых под стражу, так как на находящихся под домашним арестом повлиять сложнее, а также стремятся оказывать психологические давление – проводят изъятие как можно большего количества личных вещей. Кроме того какой-либо ответственности за качество расследования на детективов НАБУ не возлагается, о них требуется лишь передать дело в суд. А насколько допустимые доказательства использованы, был ли нарушен закон самим следователем – это неважно. Впоследствии на судебных заседаниях прокурорам, представляющим обвинение, очень непросто работать с такими делами.

Многие общественники считают, что в НАБУ умышленно готовят невнятные законодательные базы и даже обвиняют в сговоре с властью. Судьям также сложно работать ведь общественность считает, что все они продажные, а доказательная база в деле фактически недопустима, и судьи обязаны вынести оправдательный приговор, но затягивают и с этим, чтобы их не выставили перед общественностью взяточниками. Хот по факту антикоррупционное дело было заварено самими следователями НАБУ. В связи с этим в судах и затягиваются рассмотрения подобных дел. Специалисты считают, что для получения профессионального опыта антикоррупционным органам необходимо будет проработать не менее 10 лет, причем регулярно исправлять свои ошибки и совершенствоваться в формировании доказательной базы. Вероятно, именно через столько лет общественность наконец сможет получать справедливые результаты по резонансным антикоррупционным делам.

Антикоррупционный информационно-аналитический портал job-sbu.org


Реклама

  • Игнат: Надо пожалеть их, уж очень тяжка работа нечего не делание)))