«Расстрельный список журналистов». Пустая угроза или реальное предупреждение?

65

Пока в украинском медиа-пространстве потихоньку утихают страсти, связанные с невероятной гибелью и чудесным воскрешением российского журналиста Аркадия Бабченко, на поверхность внезапно всплыла новая сенсация. Оказывается, кроме коварного плана ликвидации российского журналиста с ярко выраженной антироссийской позицией существует так называемый «расстрельный список журналистов».

«Расстрельный список 30-ти»

По утверждению генерального прокурора Украины Юрия Луценко спецслужбы России планировали физически устранить 30 человек, среди которых как граждане Украины, так и оппозиционно настроенные россияне. Об этом 31 мая он заявил в прямом эфире канала «Украина». Отвечая на вопросы ведущей, Юрий Луценко сообщил, что украинским спецслужбам было важно узнать фамилии еще 27 человек, находившихся в так называемом «списке ликвидации».

Двоих человек, имена которых указаны в «расстрельном списке», прокуратуре удалось узнать с помощью адвокатов главного подозреваемого в организации убийства Аркадия Бабченко – бизнесмена Бориса Германа. Генпрокурор называет предполагаемых жертв. Фамилии не называет, но уточняет, что один из них – проукраинский активист из Одессы, а второй – бывший офицер пограничной службы Российской Федерации. Третья фамилия из «списка 30-ти смертников», понятное дело, сам Аркадий Бабченко.

Кто именно из украинских активистов Одессы оказался в смертельно опасном списке возможно и непонятно. Куда понятнее с кандидатурой бывшего российского пограничника, перешедшего на сторону Украины. Это, конечно же, Илья Богданов.

Стоит отметить, что экс-офицера российской погранслужбы уже ранее пытались похитить и ликвидировать. По крайней мере, так сообщали украинские СМИ и даже опубликовали оперативное видео задержания похитителей Ильи Богданова.

Оснований не верить в правдивость представленной генеральным прокурором Украины информации, конечно же, нет.

«Расстрельный список 47»

Однако позже оказывается, что «расстрельный список» насчитывает не 30, а целых 47 журналистов. Об этом также во всеуслышание заявил генпрокурор Юрий Луценко.

Возникает вполне закономерный вопрос к генеральному прокурору: если оказалось, что список на расстрел состоит из 47 человек, тогда откуда взялась предыдущая цифра – 30? Борис Герман сказал или показал? Однако вряд ли подобная неточность кого-либо смутила. Тридцать, так тридцать… Сорок семь, так сорок семь…

Итак, у СБУ появляется этот самый зловещий «расстрельный список» якобы составленный заказчиками из России. В нем записаны известные журналисты из Украины и России. Первыми в этом списке значатся российские журналисты Матвей Ганапольский и Евгений Киселёв. Кроме того в «списке 47-ми» другие украинские деятели, общественники, писатели.

Однако нет в этом списке ни одного журналиста и по совместительству народного депутата. Взять хотя бы Сергея Лещенко. Чем не кандидатура для «расстрельного списка»? Известный украинский журналист, да еще и нардеп. Его ликвидация действительно могла бы вызвать ту самую политическую дестабилизацию, которой так любят пугать украинцев руководители силовых ведомств.

Как ни странно, но в этом списке отсутствует и чудесным образом воскресший Аркадий Бабченко, который по логике вещей должен был бы идти в нем под номером один. Или же список именоваться цифрой 48.
После анонсирования генеральным прокурором существования «расстрельного списка 47», часть журналистов вызвали в СБУ, где им силовики разъяснили, что на журналистов, блогеров, политологов и общественников из списка охотятся некие киллеры. Для острастки присутствующим показали запись переговоров между организатором и исполнителем убийства Аркадия Бабченко.

Об этом рассказал №1 в списке Матвей Ганапольский. Сотрудники украинской спецслужбы шокировали российского журналиста, и он согласился на предложенную охрану.

Перед просмотром оперативного видео приглашенные журналисты как полагается написали обязательство о неразглашении. Опять же для острастки. Чтобы всем было понятно, настолько все серьезно.

Возникает вопрос: почему сотрудники СБУ пригласили только часть журналистов из списка 47? Остальным опасность не угрожает? Тогда почему они в «расстрельном списке»? И откуда информация о том, что кому-то конкретно стоит опасаться за свою жизнь, а кому-то не нужно переживать?

Интересно, почему украинские СМИ не задают генпрокурору Юрию Луценко и главе СБУ Василию Грицаку подобные вопросы?

Вся эта ситуация до боли напоминает канувшую в Лету историю с планом «Шатун». Тогда в ноябре 2016 года украинские силовики заявили о готовившемся плане по дестабилизации ситуации в стране. Начало кризиса должно было начаться с протестов обманутых вкладчиков банка и протестов против кабальных коммунальных тарифов.

«Расстрельный список» – фейк или предупреждение?

История с «расстрельным списком 47» и покушением на Аркадия Бабченко не стоит и выеденного яйца. Во всем этом плохо срежиссированном детективе слишком много несостыковок, оплошностей и неточностей. Еще больше вопросов, которые никогда не будут озвучены, поскольку страх перед неминуемым нападением «агрессивного соседа» полностью застилает глаза многих жителей Украины.

Однако есть одно очень важное обстоятельство, которое всю эту историю отличает от обыкновенной байки в исполнении дуэта Луценко-Грицака. Официально заявив о существовании мистического «расстрельного списка» теперь можно не бояться, что где-то в Украине вдруг погибнет журналист, блогер, политолог или общественник. И совсем не важно, что его фамилии может не оказаться в представленном ранее списке.
Важно другое – украинская власть фактически открыла карт-бланш для своих дальнейших действий. Если что-то с кем-то где-то случится, то вину даже не нужно будет доказывать. А случиться может всякое, ведь скоро в стране разгорится борьба за президентское кресло, а почву надо готовить заранее.

Дмитрий Калина

Антикоррупционный информационно-аналитический портал job-sbu.org