Антикоррупционный портал job-sbu.org > Акции и митинги > Почему протестуют женщины: ротация, повестка в каждый дом, «амбала с цепур»
Голосование

Донбасс. Новороссия или Украина

Результаты опроса

Почему протестуют женщины: ротация, повестка в каждый дом, «амбала с цепур»

20:00 01.08.2014 893

В двадцатых числах июля на Западной Украине перекрывали дороги, собирались в селах и райцентрах — вроде «против мобилизации». Бунтовали прежде жены и матери.

Репортер INSIDER пообщался с женщинами и мужчинами в Ивано-Франковской области, чтобы разобраться в этих парадоксах. Неожиданно большую роль в мотивах протестующих сыграли «амбала с цепур».

Но перед тем репортер пообщался в Виннице более мирными протестующих — их мужья уже служат и женщины хотят их возвращения, но не уверены, стоит ли этого добиваться.

Нас никто не слушает

— Это вы из Киева, — подходит ко мне полуслепая женщина. — Я подслушала, что вы на Марину ждете.

Валентина Александровна рассказывает о своем 27-летнего сына, который с 28 мая под Луганском, хотя должен содержать мать-инвалида. Женщина начинает плакать.

Собираются другие родственницы мужчин, которые служат на Луганщине в 59-м мобильном госпитале. Одиннадцать женщин собрались под винницким Домом офицеров ради одного скромного журналиста. Часть ради встречи приехали в Винницу из сел.

— А нас никто не слушает, — объясняет Марина Викторовна, одна из инициативных. — Мы уже думаем: может, дороги перекрывать, как на Западной Украине?

Но она говорит это неуверенно. И остальные женщины не проявляют энтузиазма.

Объединились родственники всех до единого 48 призванных в 59-й мобильный госпиталь. Более сотни людей уже несколько раз приходили на сессию Винницкого облсовета. Однажды фактически сорвали ее.

Основное, чего они хотят, — ротация.

— Врачей и медсестер поменяли через месяц, а наших мужчин, которые в обеспечении водителями, поварами — не меняют уже два, — говорит Марина Викторовна.

— Я не против, чтобы мой брат служил, — говорит молодая девушка. — Но почему он ушел, а соседу пришла повестка, а тот не пошел — и ничего, сидит дома?

— Да-да, — подхватывает полуслепая Валентина Александровна. — Наших запугали, они ушли. А другие не пошли. Пусть наших меняют.

— Да, совестливи наши. А другие дома сидят!

Женщины рассказывают, как часть мужчин с угрозами вызвали по телефону. Другим пришли письменные повестки. Те, кто испугался и ушел, — служат. Те, кто не пошел — не служат.

Второе требование — если уже служат, то получить статус участников АТО и соответствующую оплату. За первый месяц получили по 750 гривен, за второй оплату подняли до 1700 По этому поводу со мной связывались по телефону сами военнослужащие и передавали трубку друг другу.

— Ты главное, главное укажи, — кричал в телефон сержант по имени Коля. — Солдаты спрашивают: кто накормит наших детей?

— А еще у всех есть кредиты, — говорит одна из женщин. — Приходишь в «Приватбанк» со справкой из военкомата, чтобы не начисляли проценты. А там говорят: нет, пока начисляем. Когда вернется, на основе военного билета будем решать.

— А у нас кредит оформлен на меня, — подхватывает Марина Викторовна. — А зарабатывал более человек. И что делать? На меня отсрочка выплаты даже не распространяется.

— Пусть вернут наших мужчин! Мы хотим ротации!

Женщины остаются обсудить свои дальнейшие действия, а я еду в Винницкий военкомат.

лотерея судьбы

— А, эти. Шибанутые, — вздыхает один из подполковников. — Самый не понимают, чего хотят.

— Истеричка, — подхватывает другой подполковник.

Один из них, подполковник Алексей Островой, объясняет:

— Насчет ротации: есть постоянный состав военной части. В этом случае госпиталя. А есть прикомандированные гражданские врачи. Прикомандированных меняют. А постоянный состав, призванные — остаются постоянно в месте дислокации. В этом случае — пока Винницкий госпиталь останется в Луганской области.

Ротация 59-м и через два месяца не светит. А распространены среди военнослужащих и их родственниц представление, будто призывали только на 45 дней, оба подполковники в один голос назвали:

— Бред.

Подполковники Островой и Остапенко доходчиво объяснили принципы работы военкомата.

Есть два вида повесток. Одна — повестка на медкомиссию. Она нужна, просто чтобы военкомат смог «оценить ресурс».

— И вот что интересно, — говорит Островой, — медкомиссиы проходят в гражданских госпиталей. Военкомат их не контролирует. И если перед АТО у нас 90% оказывались здоровыми, то сейчас менее 50%. Интересно, да?

Другая повестка — боевая.

— Это лотерея, — объясняет Островой. — Есть военно-учетные специальности (военно-учетные специальности). Например, у нас 50 танкистов. Вот нашего военкомата нужно 5 Военком берет 10 с запасом. Наугад.

Островой показывает рукой, как военком вытягивает пачку учетных карточек и тем решает, кому сидеть дома, а кому идти воевать.

— Женщины говорят, что тем, кто не пришел по повестке, ничего не произошло.

— Это не дело военкомата: гонятся за каждым. — Говорит Островой. — Мы передаем списки неявившихся в прокуратуру. За ними придут. Позже.

А насчет денег Островой с Остапенко рисуют 59-му батальону радужные картины. Мол, их уже признаны участниками АТО, и уже со следующего месяца все будут получать минимум по 6000 гривен.

Через несколько дней мне позвонила Марина Викторовна:

— Мы снова были в военкомате. Нам объяснили, что лучше наших ребят не трогать. А то их вернут, но не демобилизують. А потом бросят в худшую точку. Так что мы теперь не знаем, что думать …

Возможно, в военкомате были правы: женщины сами не знают, чего хотят.

Они только знают, что им плохо.

Кто ‘тото колотить’

Винницкие женщины угрожали перекрыть дорогу, ссылаясь на Западную Украину. Здесь в двадцатых числах июля происходили практически повсеместные протесты «против мобилизации» — определение, которое оказалось ошибочным.

Например, на Прикарпатье перекрывали дороги Ивано-Франковск в Богородчанском и Кольском районах. В Брошнев-Осада разнесли медкомиссию. В местной прессе были сообщения о сожжении мобилизационных списков в селах и других районов — скажем, на территории сел, принадлежащих к Яремчанского горсовета.

Конечно, повсеместность протестов породила и конспирологические теории.

— Кто ‘тото колотить «, — заявил мне пожилой крестьянин с Надвирнянского района.

То же думает и председатель Надвирнянской райгосадминистрации Михаил Иваночко.

Михаил Иваночко, председатель Надвирнянской РГА, добровольно прошел медкомиссию

— Но это мое мнение, а не официальная, — несколько раз повторяет он. — Создается впечатление, что определенные спецслужбы подрывают мобилизацию. Чисто мое мнение таково: это делается, чтобы показать миру, что «бандеровцы» боятся.

В Надвирнянскому районе и самой Надворной протесты были сравнительно слабые. Чтобы успокоить людей, 41-летний Михаил Иваночко, а за ним несколько депутатов райсовета прошли медицинскую комиссию. Чтобы подать пример. Пока это их ни к чему не обязывает.

Под всевидящим оком Путина

Я проехался и пообщался с людьми и представителями местной власти в десятку населенных пунктов разных районов, где сообщали о самых протесты.

Даже люди, которые сами принимали в них участие, относятся к протестам или иронически, или стыдливо.

Первая причина — они немножко ошиблись. Приняли повестки на медкомиссию за боевые повестки.

А другая причина — тут же все патриоты, а их протесты показали аж по российскому телевидению. Наибольшую огласку как по украинскому телевидению, так и по российскому получил протест в Богородчанах. Здесь перекрывали дорогу и пикетировали райсовет и райгосадминистрацию. Как пишет местная газета, это был наибольший протест со времен еще Оранжевой революции.

Заместитель председателя Богородчанского райсовета Петр Варшавский сначала заявлял, что не имеет времени уделить мне внимание, а потом говорил около часа.

— Журналисты так все растиражировали, — говорит он. — А информация попадает куда? Сами знаете! Сфабриковано было прекрасно. И в тот же день пошло по российским каналам.

Он словно обиженный, что «раскрутили» именно Богородчанский протест. В соседней Надворной тоже были.

— Если Иваночко вам говорит, что у них все спокойно — это его дело, — говорит Варшавский.

Варшавский отрицает и обвинения, что на медкомиссии вызывают лишь «простых людей». Самому Варшавском уже 61 год, а вот его 27-летний сын медкомиссию прошел.

В отличие от председателя Надвирнянской РГА, председатель Богородчанской РГА не может пойти в военкомат: Ярослава Гоголь — женщина.

«Амбал с цепур»

Если сначала то и внушало на конспирологический строй — это распространенность архетипа «донецкого амбала, который приехал сюда на курорт, а мы за него там есть гибнуть». Выглядело как «информационный вброс». Во всех случаях местный житель «случайно подслушал» разговор донецких.

Спрашивая о мотивах протестов, я ожидал услышать социальные — мол, призывают простых людей, а не власть. Нет, об этом никто не говорит. Если не первым, то обязательно вторым делом заговаривают о беженцах.

— Пошумели и разошлись, знаете, как вот наши люди. Да и то в основном женщины, — иронизируют усатые мужчины в горном селе Микуличин вблизи Яремче. — Но я вам скажу, почему были протесты.

И он рассказывает о донецком амбала, приехавший под видом беженца в Ворохту на курорт.

— С цепур на два пальца, — показывает мужчина себе на шее.

Впервые я слышал о донецких беженцев-мужчин и обязательно здоровенных амбалов еще в Виннице — от заместителя председателя областного штаба самообороны.

Потом я слышал о этих архетипических беженцев-амбалов по всем селам, в которые приезжал — и он простых людей, и от представителей местной власти.

Беженец-амбал всегда живет в соседнем населенном пункте. Если это Яремча — он в Делятине. Если это Микуличин — он на курорте в Ворохте. Если Надворная, где разгромили медкомиссию, — то беженец на курорте в Моршине. Если Богородчаны — он под Гутой.

Иваночко, председатель Надвирнянской РГА: «Конечно, люди возмущены: донецкие здесь бухают, затрагиваются в наших девушек».

Варшавский, заместитель председателя Богородчанского райсовета: «И есть основания: есть запись донецких мужчин в кафе в Ивано-Франковске.» Едь сюда, бандер хорошо принимают «.

Оксана, село Кривец: «И вот они говорят друг другу. Смотри, которые дома здоровы — мы будем здесь жить».

Баба Маруся, село Маркова: «Они [кто — не может сказать] хочут ‘западную Украину истребить, а сюда переселить людей с Востока».

Одноногий человек Миша, Надворная: «Мы их по доброте приняли, а они говорят:» Бандеры лохи «. А мы не лохи».

Интересно, что никто лично этих донецких амбалов не видел. Варшавский рассказал, что в Богородчанском районе всего 11 семей беженцев, среди них только трое мужчин и то пенсионного возраста.

В поселке Солотвино я общался с Витой из Луганска, которая 11 лет назад вышла замуж за местного и живет в Франковской области. Она тоже повторяет слухи о донецких амбалов, но затем переключается на жалость к беженцам. К ней самой приехали беженцы-родственники. Амбалов среди них нет. В поселке она видела одного дедушки из Донецка.

Поселок Солотвино, один из центров протеста

Возникает подозрение, что было сообщение в СМИ, которое всех проняло, но попытка найти первоисточник слухов приводит к бесконечной рекурсии.

Многие местные СМИ перепечатали идентичные сообщения со ссылкой на пост писательницы Ирэны Карпы, которую трудно заподозрить в работе на спецслужбы, а Ирэна Карпа, в свою очередь, ссылается на маму, которая то от кого слышала. Есть слух распространяется давно.

Или этот архетип просто показывает настроения населения, или прикарпатцы и жители других регионов только и делают, что случайно подслушивают одинаковые слова донецких амбалов — то в Моршине, то в Ворохте, в Ивано-Франковске.

Наглые беженцы являются лишь поводом. Потому что поездка по разным местам показывает простое соотношение: там, где раздавали больше повесток без объяснений, были наибольшие протесты.

Выглядело как всеобщая мобилизация

— Выглядело как всеобщая мобилизация, — стыдливо, опустив голову, говорит работница бухгалтерии сельсовета села Маркова Богородчанского района.

— Еще сего нам хватало, — сказала кудрявая секретарь сельсовета, узнав, что приехал журналист.

— А что, на Маркову пришла жалоба? — Спрашивает работница бухгалтерии.

Село Маркова — одно из инициаторов протеста в Богородчанском районе. «Вы уж там были? А вы знаете, что с Марковой на медкомиссии не пришел НИ ОДИН?» — Спрашивал меня в Богородчанах Петр Варшавский.

Население Марковой — 3000 человек. Как утверждают в сельсовете, в село пришло 800 повесток.

— Мне что, у меня сына нет, а зять умер, царство ему небесное, — крестится баба Маруся. — А у соседки двое сыновей и двое зятьев. И каждому пришла повестка. То есть большая Капаро [бедствие, — ред.]

Повестки, по приказу военкомата, представители сельсовета носили от дома к дому. Большей части мужчин в деревне все равно нет, все на заработках, зато о повестки услышали все женщины.

— Еще все и не разнесли, а уже толпа была под сельсоветом, — говорит работница бухгалтерии. — Никого чужого в селе не было! Это все наши! Знаете, как вот бабы? Что не поняли, то додумали.

Повестки могло не призывные, а лишь на медкомиссию. Но женщины, рассказывают в Марковой, испугались, что всех мужчин, которые еще остались в селе, могут «забрать ночью», и село останется без мужчин вообще. Вот они и взбунтовались, не разобравшись.

Подобная ситуация была в других селах. Протесты поднялись в первые часы после того, как от дома к дому, всем поголовно, начали носить повестки.

— А то рассказывают, что здесь действовала ФСБ, — возмущается Мария Романовна Стасюк, председатель сельсовета Студинка Кольского района.

Мария Стасюк показывает мне повестки, но не позволяет сфотографировать. Это маленькие пожелтевшие бумажки без слова «повестка» или любого другого заголовка. Подписываться надо под фразой «С запретом выезда с места жительства ознакомлен». Конечно, это пугает, а устные объяснения посыльных сельсовета мало чем успокаивают.

Протесты в Студинци ни были массовыми, чем в других местах — просто случилось так, что у кого были знакомые в областной прессе, а потому протесты приобрели известность.

— Вы лучше поезжайте в Бочаров, там дорогу перекрывали, просто это пресса меньше осветила, — «переводит стрелки» Мария Стасюк. — А по спецслужб, не работает здесь никакая ФСБ, а работает мама и женщина.

Ничего они не сорвали

В Микуличин Яремчанского горсовета мужчины говорили:

— А медкомиссии придя, так и ушли …

В Брошнев-Осада, где разогнали медкомиссию, устроенную прямо в сельсовете, усатый человек Саша и одноногий Миша объясняют возмущение населения.

— Назначили это нам местных фельдшерок, — говорит Саша. — Значит, одна слепая тебя смотрит …

— А вторая глухая тебя слушает, — подхватывает Миша.

Председатель сельсовета Студинка рассказывает, как на собрании у председателя райгосадминистрации все были против массовой раздачи повесток.

— Говорили им: вы можете принять по сто мужчин за день — вот и высылайте по сто повесток за раз.

Но военкоматы решили нахрапом провести медосмотр всех крестьян за раз. Хуже — повестки преимущественно раздавали в выходные 19 и 20 июля — в это время еще не было даже указа президента о частичной мобилизации. Поэтому все и возмутились.

В Калушско-Рожнятовском объединенном военкомате улыбающийся майор, почему отказался назваться, тоже не признает ошибки. Думает, в каждом конкретном случае должен каждый конкретный председатель сельсовета.

Студинка, один из центров протеста

В Студинци местные жители считали, что «головиха не дала повестки своим родственникам» — хотя сама Стасюк говорила мне, что дала повестку и своему сыну, хотя тот пожарный-спасатель и должен быть освобожден от службы.

— А в Брошнев? Там тоже голова замешан, — говорит майор.

В военкомате не признают своей ошибки. Но слишком уж однообразно «замешаны главы сельсоветов» по всему региону.

— А то, что говорят, что протесты сорвали нашу работу, — неправда. Людям приходят повестки, люди проходят медкомиссии.

Не признав публично ошибки, военкоматы таки изменили тактику. И если раньше говорили о «разгорания истерики» на Западной Украине, сейчас «истерика» улеглась так же быстро, как и разгорелась.

Военкоматы пробовали провести медосмотры в один заход, задели этим всех одновременно — и мгновенно вспыхнули протесты.

Теперь военкоматы присылают повестки понемногу здесь и понемногу там. Соответственно, протесты и затихли. Все просто.

По материалам:  theinsider.ua


Реклама

  • Гость: А тем временем пушечное мясо продолжают отправлять в жерло войны. Вчера наблюдал вечером отправку большого автобуса с мобилизованными из Немирова, что в Винницкой области. Мужики от 30 до 50 лет. Им нечем заняться в мирной жизни? Они лишние и могут быть брошены под пули?
  • Гость: Пока Украинцы будут гибнуть на радость олигархов порядка не будет..
  • Гость: Должен же кто то защищать родину. Понятно, что на войне погибают и ребят очень жалко, но война есть война.