Насколько безопасно добывать, хранить и обменивать криптовалюты

43

full Андрей, сисадмин одного из киевских предприятий, узнал о криптовалютах несколько лет назад. Идея его воодушевила, и он начал майнить (добывать) биткоины на оборудовании, которое собрал сам и установил на застеклённом балконе. Какое-то время его устройства успешно производили вычисления, соревнуясь с другими подключёнными к системе компьютерами за право внести информацию о блоке транзакций в блокчейн (реестр, в котором хранятся все записи об операциях с биткоинами). За каждый сгенерированный блок владельцу вычислительных мощностей поступает вознаграждение в виде новых криптомонет.
Со временем эффективность начала снижаться. Требования к вычислительным мощностям росли, а электроэнергия дорожала. Вкладывать средства в новое «железо» Андрей не рискнул, а то, что намайнил, поспешил продать, в какой-то момент испугавшись резких колебаний биткоина. «Знал бы, что курс так скакнет, уже бы, наверное, квартиру в Киеве купил», — говорит сисадмин. Однако майнингом на балконе он больше не занимается: с биткоин-фермами, которые сегодня добывают перспективные криповалюты в промышленных масштабах, уже не потягаешься. К тому же воображение рисует картины, как силовики в масках отлавливают майнеров чуть ли не по квартирам.

Упражнения в бассейне
История, которая так перепугала всех причастных к криптовалютам, произошла в начале августа на территории Института электросварки имени Е. А. Патона. Внимание силовиков привлекла биткоин-ферма в заброшенном бассейне института. Следователи обнаружили там 200 единиц компьютерного оборудования для майнинга криптовалюты. Деятельность фермы правоохранители остановили. Что примечательно, разрешение на обыск суд выдал на основании досудебного расследования, которое установило, что несколько лиц по предварительному сговору якобы подделывают банковские документы.

Юристы, которых Фокус попросил прокомментировать ситуацию, не смогли найти логику в действиях силовиков. Старший юрист МЮФ Integrites Владимир Рудниченко обращает внимание, что в Уголовном кодексе Украины не предусмотрено отдельного состава преступления для такого деяния, как «подделка банковских документов», а Bitcoin и всё, что с ним связано, не имеет урегулированного статуса. «В Уголовном кодексе об электронных средствах упоминает только статья 200 «подделка документов на перевод, платёжных карточек или других средств доступа к банковским счетам, электронных денег и т. д.». Но в Украине Bitcoin не имеет статуса электронных денег, поэтому непонятно, на каком основании суд выдал разрешение на обыск», — недоумевает собеседник Фокуса.

Возможно, именно неурегулированный статус криптовалют и подогрел интерес правоохранительных органов к этой сфере бизнеса. «Пустота в отечественном законодательстве, которая образовалась вокруг биткоина, оставила пространство для манипуляций со статьями уголовного кодекса. А так как природа не терпит пустоты, последнюю активно стали заполнять определения следственных судей на обыски майнинг-центров», — рассуждает юрист практики ТМТ компании Juscutum Нестор Дубневич.

Вместе с тем опрошенные эксперты исключают, что за инцидентом стоит организованная и последовательная кампания на государственном уровне. Юрист компании ICF Legal Service Виктор Данилов расценивает «случай в бассейне» как очередное проявление ментовского беспредела, а не реализацию официальной политики государства. По его мнению, об этом свидетельствует явное непонимание принципа операций с криптовалютой в постановлении следственного судьи, в котором наблюдается откровенно непрофессиональный подход.

«Я бы не искал в этой истории всемирный заговор. Скорее всего, кто-то из руководства СБУ клацнул где-то на баннер «купи биткоины» и увидел цену. Всё это сигнализирует в первую очередь о невероятном уровне некомпетентности и правоохранительных органов, и суда», — соглашается партнёр компании Axon Partners Дмитрий Гадомский.

Действительно, силовиков могла «возбудить» резонансная информация о многократном росте биткоина и других криптовалют, которая расходится в СМИ с начала 2017 года. Напомним: в 2015-м, когда правоохранительные органы всерьёз взялись за айтишников, среди возможных предпосылок подобного давления называли волну информации о денежных зарубежных контрактах, высоких доходах и долларовых зарплатах в отрасли. Выходит, с обысками спешат туда, где пахнет большими деньгами.

Операторы рынка криптовалют не исключают, что в конечном счёте ситуация закончится предложением договориться. «Недавний прецедент свидетельствует о том, что у нас всё ещё не правовое государство и в СБУ маленькие зарплаты», — говорит менеджер по развитию бизнеса компании Hotmine Александр Момот.

После инцидента в бассейне Института Патона на сайте НБУ 11 августа 2017 года появилось официальное заявление, которое подтвердило неопределённость юридического статуса криптовалют в Украине

Кто не рискует
Случай в бассейне — не единственный и, по всей видимости, не последний прецедент интереса силовиков к криптовалютам. Как рассказал ФокусуВиктор Данилов, сегодня известно уже о 4–5 преследованиях криптовалютных ферм, последним из которых стала облава на ферму в Кропивницком 11 августа, где правоохранители изъяли значительное количество оборудования, документации и денег, вменив предпринимателям отмывание около 200 млн грн.

По мнению юриста-аналитика МЮФ Kinstellar, адвоката Алексея Бурчевского, факты преследования биткоин-ферм указывают, что правоохранительные органы открыли новую для себя сферу деятельности и все, кто серьёзно работает с криптовалютами, могут ожидать интереса с их стороны.

Кому грозят обыски?
Прежде чем оценивать риски, стоит разделить пользователей криптовалют на несколько категорий: держателей сбережений в криптовалютах; трейдеров, зарабатывающих на спекулятивных сделках с криптовалютами; и майнеров, добывающих новые криптомонеты.

«Держателям криптовалют на законодательном уровне ничего не угрожает, и с прояснением статуса биткоина и других криптовалют в Украине ситуация будет только улучшаться», — успокаивает маркетолог биткоин-агентства KUNA Вадим Попов. А вот трейдерам, по его мнению, стоит легализоваться или хотя бы подготовиться к этому — оформить ФОП (физлицо-предприниматель) и выплачивать фиксированный налог.

С майнингом ситуация выглядит неоднозначно. Как отмечает Алексей Бурчевский, сам по себе майнинг не несёт серьёзных правовых рисков, так как по сути это услуга предоставления в аренду мощностей процессингового оборудования для обработки блоков информации о транзакциях в криптовалюте, в качестве оплаты за которые майнеры получают код под названием «биткоин». Это можно сравнить с компьютерной игрой, где игроки зарабатывают виртуальные деньги, выполняя ряд действий. По мнению Бурчевского, пока биткоин не будет признан в Украине валютной ценностью, ни о какой ответственности за его производство и хранение не может идти речь.

Вместе с теБольше всего неприятностей подстерегает тех, кто решится в Украине конвертировать криптовалюту в традиционные активы. «Риски возникают при попытке обменять биткоин на гривну, валютные ценности, драгметаллы или товары, так как подобные операции на территории Украины пока вне закона», — предупреждает Алексей Бурчевский. Он советует не экспериментировать с известными схемами обналичивания, а пользоваться своими биткоинами за границей или в интернете, не забывая платить налоги, как за любую деятельность, направленную на получение дохода.

Что дальше
Пока в Украине силовики пытаются демонизировать майнинг-фермы, в большинстве развитых стран майнинг успел стать обычным, мало чем примечательным бизнесом, который легально работает и платит налоги. Исключения в основном составляют государства третьего мира, где ситуация с соблюдением прав и свобод в целом оставляет желать лучшего.

«Проблемы с деятельностью биткоин-ферм возникают в странах, где правительства пытаются запретить или ограничить использование криптовалют (Россия, Боливия, Эквадор, Бангладеш). В них биткоин рассматривается как угроза национальной валюте, а майнинг — как подделка денег», — рассказывает советник АО Spenser &Kauffmann Николай Лихачёв. В пример он приводит Россию, где Следственный комитет и Министерство финансов предлагали ввести уголовную ответственность за использование криптовалют.

После инцидента в бассейне Института Патона на сайте НБУ 11 августа 2017 года появилось официальное заявление, которое подтвердило неопределённость юридического статуса криптовалют в Украине. В ответ на запрос Фокуса у регулятора ограничились ссылкой на этот документ. В частности, в нём сообщается, что в других странах Bitcoin классифицируют по-разному — как виртуальную валюту, денежный суррогат, нематериальную ценность, виртуальный товар и т. п., а Нацбанк, со своей стороны, пока официально не поддерживает ни одно из приведённых определений.

Больше всего неприятностей подстерегает тех, кто решится в Украине конвертировать криптовалюту в традиционные активы

НБУ с Минфином, Государственной фискальной службой и другими госучреждениями собираются рассмотреть вопрос о правовом статусе и регулировании Bitcoin на ближайшем заседании Совета по финансовой стабильности, которое состоится до конца августа. По всей видимости, это будет лишь первый шаг в урегулировании ситуации, и правовой вакуум сохранится ещё как минимум несколько месяцев.

Нестор Дубневич надеется, что вышеназванное заявление регулятора станет препятствием для использования правоохранителями положения о «суррогатной природе» криптовалют, которую силовики облюбовали для обоснования рейдов на майнинг-центры.

«Буфер времени, который взят регулятором для поиска определения биткоина, оставляет правовой вакуум в регулировании виртуальных активов, позволяющий следователям «креативить» с составами преступлений в ходатайствах на обыски. Полёт фантазии у них начинается от «эмиссии нелицензированных электронных денег» и заканчивается «финансированием терроризма», — заключает Дубневич.

Дальнейшее развитие ситуации зависит от решения, к которому придут регуляторы, и его реализации на практике. «Всегда остаётся риск, что законодатель поступит против логики, как это уже неоднократно наблюдалось в истории украинского законотворчества. Впрочем, вероятность этого низка. Поставить вне закона технологии, которые стремительно набирают популярность, — стратегически неверный шаг», — говорит Виктор Данилов.
Однако либеральная позиция регуляторов в будущем ещё не гарантирует отсутствия давления со стороны силовиков.
«Можно принять самые прогрессивные законы, но это не помешает силовым структурам, исходя из собственного понимания этих законов, прийти с обыском, вменить какую-либо статью и арестовывать оборудование», — считает Александр Момот. Впрочем, он сомневается, что регулирование сферы криптовалют в Украине будет реализовано в максимально прогрессивной версии.

По мнению Момота, из-за этого Украина рискует потерять десятки миллиардов гривен на протяжении следующих нескольких лет. Ведь предприниматели будут вынуждены вывозить майнинг-фермы из Украины, что лишит нашу страну значительных валютных поступлений.м Александр Момот считает, что майнинг теперь тоже связан с рисками. «Чем больше ферма — тем выше риск. Чтобы его минимизировать, нужно максимально легально заключать контракты на поставку электроэнергии и платить по полному тарифу, который для юрлиц довольно высок», — советует собеседник Фокуса.

По материалам: vlasti.net