Антикоррупционный портал job-sbu.org > Резонанс > Как Гонтарева зарабатывает на золотовалютных резервах Украины
Голосование

Донбасс. Новороссия или Украина

Результаты опроса

Как Гонтарева зарабатывает на золотовалютных резервах Украины

13:04 07.12.2015 3 890

872fbef10891ae232b5bad64cfb8f821Прошел уже год с тех пор, как глава Национального банка Украины Валерия Гонтарева безнаказанно распродала треть золотого запаса страны. Но до сих пор никто так и не удосужился раскрыть реальные масштабы аферы под прикрытием «оптимизации резервов», которые достигают $100 млн. чистого заработка для руководства Нацбанка. Украинский независимый новостной портал опросил ряд участников рынка, которые анонимно согласились раскрыть схему.

Попробуем восстановить хронологию событий осени 2014 года. Сентябрь, страна готовится к парламентским выборам, ничто не предвещает беды. Хотя курс доллара на наличном рынке уже достигает отметки 15 гривень, Нацбанк упорно держит ценник в районе 13 грн. Разница колоссальная – показатели регулятора, по сути, не отражают реальной ситуации на рынке.

В течение месяца перед выборами курс НБУ стабилен – 12,95 грн. за доллар, в то время как реально «зелень» можно купить не менее, чем за 14,5 – 15 грн. После выборов – курс взмывает вверх и со временем разница в курсах наличного рынка, межбанка и НБУ нивелируется.За счет чего держался курс?Официально – за счет кредитования МВФ. Но реально – за счет продажи около 14 тонн монетарного золота.

Факт исчезновения со счетов НБУ около 0,8 млн. тройских унций золота становится достоянием общественности в ноябре – декабре 2014-го. Регулятор вынужден был оправдываться. Валерия Гонтарева назвала происходящее «оптимизацией резервов» в связи с мировым трендом на падение цены на золото.

Кроме того, она очень сильно путалась в показаниях относительно проданных объемов и оставшихся запасов, называя их «совсем небольшими» (по экспертным оценкам, около 26 тонн), тем самым демонстрируя свою некомпетентность в вопросе.иДанные о реальных объемах проданного золота существенно разнятся в зависимости от источников. Свои оценки давали и Bloomberg, и Reuters, и Международный валютный фонд. Вилка получилась немалая – от $562 до 874 млн., вырученных за продажу золота в зависимости от того, какой объем в унциях брался за основу расчета. Много это или мало? Действительно осенью 2014 года золото уже стоило существенно ниже, чем даже в начале года и в дальнейшем тренд на спад цены продолжился.

Но неужели временное снижение цен на этот драгоценный металл должно было побудить регулятора банковского рынка распродать треть всего золотовалютного запаса, который в процентном соотношении ко всем золотовалютным резервам составляет не более 5-7%? Любой инвестиционный аналитик (а ведь Гонтарева возглавляла собственную инвестиционную компанию, не так ли?) скажет, что продавать активы на падении – это глупость. В это время их нужно было активно скупать. Чем, собственно, активно занимались в этот период многие страны. Украина же наоборот, зафиксировала убытки.

Читайте также: Гонтарева планирует уволить 1,2 тысяч сотрудников к Новому году

Ведь распроданные всего за месяц объемы золота накапливались в стране в течение предыдущих 2,5 лет, в том числе и на пике цен. Но в этом и состоит разумная долгосрочная стратегия как для страны, так и для обычного потребителя: равномерно накапливать ресурсы независимо от текущей цены, не дожидаясь самой низкой, поскольку всегда есть риск «дождаться» только повышения. Кроме того, для пополнения золотовалютных резервов Нацбанк «папередников» организовал скупку металла у населения. За 2012 – 2014 годы собрали 5,7 тонн (!) Это треть того объема, который «сбросила» в качестве «балласта» Валерия Гонтарева осенью 2014 года.

К слову, после известной аферы в Одессе, когда сданные населением слитки подменили свинцом – масштабы воровства около 5 млн. грн. – Нацбанк и вовсе отказался скупать металл у населения. Тем самым уважив ломбардную индустрию. Зачем это было сделано? Немного арифметики.

Мы начинали рассказ с того, что разница между официальным и реальным курсом доллара на рынке составляла 2,5 – 3 гривни в отдельные периоды, в том числе и в те дни, когда Нацбанк, как потом выяснилось, активно торговал золотом. Это объясняет очень многое. Дело в том, что Нацбанк продает и покупает золото на «мировом рынке» не прямо, а через посредников. Они закупают металл по цене, в которой заложен курс НБУ, а продают – уже в соответствии с рыночной ценой.

Когда речь идет о 14-16 тоннах по цене в среднем за сентябрь – ноябрь 2014 года в $1250-1400 за унцию, это и получается около $562 – 720 млн. Если заплатить в гривне по курсу НБУ, а потом продавать по коммерческому курсу, на каждой гривне разницы можно получить 562 – 720 млн. грн. чистого навара.

Если разница достигала 2 гривень – речь идет уже о полуторомиллиардной прибыли. По коммерческому курсу доллара на тот период – около $100 млн, которые по сути положили себе в карманы посредники. Можно конечно наивно надеяться, что эти посредники не имеют ничего общего ни с НБУ, ни с Валерией Гонтаревой. Однако зная, например, схемы работы афилированных с главой Нацбанка структур на фондовом рынке, где они совместно с государственными банками играют облигациями внутреннего займа как цыган солнцем, облапошивая государство на миллионы гривень, можно не сомневаться, что с продажей золота история вышла аналогичная.

И Валерия Гонтарева напрямую контролирует офшорные компании, через которые вероятно была прокручена финансовая выгода от процедуры. Еще один важный вопрос – куда делись вырученные деньги, пусть и меньшие, чем можно было заработать без коррупционной схемы? Ответа на него тоже нет. Одна из версий, озвученная в самом начале материала – ресурсы сожгли на поддержание курса. Вторая – отправили на погашение дефицита. Однако наиболее вероятный сценарий развития событий – это банальное разворовывание вырученных денег через тендерные схемы и госпрограммы совместно с правительством с дальнейшими откатами для высшего руководства.

К тому же, 2 декабря у Гонтаревой ухудшили прогноз по золотовалютным резервам.

«Согласно нашим амбициозным планам, до конца года, в случае получения третьего и четвертого траншей по программе EFF с Международным валютным фондом, резервы должны были вырасти до $18 млрд. Более консервативный сценарий в случае получения только третьего транша предусматривал объем резервов на уровне $15 млрд. Сегодня получение новых траншей до конца текущего года стало менее вероятным. Поэтому Национальный банк был вынужден пересмотреть основной прогноз о состоянии резервов на конец года», — пояснила Гонтарева, цитирует finance.liga.net.

По ее словам НБУ ожидает, что резервы продемонстрируют рост вдвое по сравнению с началом года и достигнут чуть более $13 млрд. «Такой объем резервов является достаточным, ведь эта сумма покрывает более трех месяцев импорта», — отметила глава Нацбанка.

Недовольство правлением Гонтаревой возрастает

Недовольство банкиров действиями Национального банка и лично Валерии Гонтаревой нарастало достаточно давно. Но вот чтобы точка кипения была достигнута внутри самой структуры регулятора банковского рынка – такого вряд ли ожидали, пожалуй, даже самые смелые скептики. По информации от самих сотрудников, которые на днях покинули «управление на Подоле», последней каплей для них стал слив в СМИ очередного свидетельства наплевательского отношения НБУ к «подопечным» — перечня «кластеров» банков 3-й и 4-й категории.

«Многие председатели правления, банки которых попали в не самые лучшие «кластеры», резонно оценили это как грубый и толстый намек на необходимость занести в Нацбанк чемодан «аргументов». И через наше управление начали выяснять, о каких суммах может идти речь, чтобы знать, к чему готовиться. Естественно, мы такой информацией не владеем, но само ощущение того, что тебя грязно используют – уже приводит к потере всякого желания дальше иметь к этому хоть какое-то отношение», — говорит один из уволенных.

Поскольку «кластеризация» — не единственный «эффективный ход» Национального банка и Валерии Гонтаревой, Вести решили вспомнить «лучшее», помимо золотовалютного резерва о котором писалось выше, за что сегодня банкиры тихо проклинают Валерию Алексеевну и ее коллег.

1. Бессистемный вывод с рынка банков

За чуть более года «активной» работы Национального банка под руководством Валерии Гонтаревой на рынке, его покинуло около 70 финансовых учреждений. Аналогов такой чистки нет и не было ни в одной стране мира. Ладно, если бы у «генеральной уборки» были четкие и понятные критерии: уровень убытков, незаконные операции, связанные кредиты, выведение денег в оффшоры. Но в реальности под одну гребенку попали как откровенные «прачечные» для грязных денег, так и вполне рыночные, действующие финансовые учреждения, где кредитовался бизнес и хранили сбережения сотни тысяч украинцев. «Прикрытием» для такого безразборного разгона стали некие никем не виденные требования Международного валютного фонда о сокращении количества банков до 50. Поскольку ни в самом МВФ, ни в Нацбанке найти письменные подтверждения такого рода требований очень проблематично, в ход идут совершенно нелепые обвинения то в ИТ-махинациях, то в проблемах с отчетностью.

Также Нацбанк не дает потенциальным инвесторам выкупить проблемные банки, тем самым избавив бюджет – а значит всех налогоплательщиков – покрывать убытки этих финучреждений, нанесенные их бывшими владельцами. Ведь ни для кого не секрет, что Фонд гарантирования вкладов накачивается деньгами именно благодаря эмиссии от Нацбанка, который «выкупает» целевые облигации правительства. Затем эти деньги идут на рынок и давят как на курс валюты, так и на потребительские цены, раскручивая и без того немаленькую инфляцию до небес. Минимум четверть из ликвидируемых учреждений можно было бы либо продать инвесторам, либо национализировать.

Яркий пример – «Дельта банк». Для его спасения была необходима сравнительно небольшая сумма в 15 млрд. грн., что позволило бы сохранить порядка 65 млрд. грн. активов и сбережения около 1 млн. вкладчиков. Однако когда стало понятно, что Нацбанк не собирается оставлять в живых банк, реально в ежедневном режиме генерирующий денежные потоки, активы, естественно, стали «уплывать». Все, что сегодня осталось – это столы и стулья. Хотя только на коррсчету «Дельты» на момент ликвидации было около 3 млрд. грн.

Однако все становится на места, если посмотреть на ситуацию под другим углом: Национальный банк перестал быть регулятором, он рассматривает банки и их учредителей исключительно как клиентов, которые платят деньги: за «недосмотр» отчетности, за «непризнание» схемности или кептивности, рефинансирование, отсрочку ввода куратора. Неплатежеспособных и несговорчивых просто вышвыривают на улицу. Просто бизнес, ничего личного.

2. Конечные бенефициары

Если коротко охарактеризовать отношение банкиров к этой инициативе Нацбанка, то оно звучит так: «Мы не против, чтобы НБУ знал конечных собственников, мы против того, чтобы эта информация была максимально публичной». Опросы во многих цивилизованных странах показывают, что конечному потребителю не обязательно знать, кто стоит за банком – ему достаточно того, что это конфиденциально знает регулятор рынка и – выполняя свои прямые функции! – контролирует, чтобы реальный владелец не превращал финучреждение в банкрота.

Что же получилось в Украине? В стране, которая занимает 12-е место в мире по уровню террористических угроз, на всеобщее обозрение выставляются владельцы банковского бизнеса, как будто призывая злоумышленников к шантажу и беспределу. Если речь идет о международных банковских группах или олигархических кланах, естественно, демонстрация собственности логична. Однако когда разговор заходит о частных украинских инвестициях, коих большинство, например, в банках 3-4 группы, то здесь главным должен быть принцип «не навреди».

Но вместо этого Нацбанк еще и классифицирует банки по степени прозрачности структуры. И опять выборочный подход. Например, в банке «Клиринговый дом» прямыми бенефициарами являются сестра Сергея Левочкина и бизнес-партнер Дмитрия Фирташа. Но при этом НБУ – согласно одному из слитых в СМИ перечней проблемных банков – считает такую структуру «непрозрачной». В то же время у банка «Михайловский», согласно официальной отчетности, в бенефициарах все еще значится юрлицо. Но к нему НБУ претензий не имеет.

Подбор критериев распределения по кластерам вообще тайна, покрытая мраком. Создается впечатление, что сотрудники НБУ распределяли банки методом «научного тыка», внедрив по сути «субъективное право» по отношению к вопросу прозрачности структуры. От чего же зависит такой субъективизм? От настроения чиновника с утра, или от суммы взятки, которую заплатил владелец банковского бизнеса, чтобы (не) оказаться в том или ином списке? А что делать тому, кто не заплатил? По большому счету, Нацбанк вынуждает таких владельцев закрывать бизнес.

И это вместо того, чтобы выступить действительно регулятором, предложить, например, банкам 4 группы конкретный механизм, позволяющий им объединить свои мощности в 1-2 учреждениях, где бы мог успешно работать один на всех куратор НБУ. Это бы тоже было выполнение «требования» МВФ по уменьшению количества банков. С той лишь разницей, что не развалили бы рынок. А так сегодня складывается впечатление, что его расчищают под иностранцев.

В комплексе с этим должен идти вопрос амнистии капиталов для тех, кто сегодня боится показываться «из-под коряги»: их нужно стимулировать показать реальных собственников, а не «глушить» идею записью в дневник.

3. Отсутствие системного решения правовых проблем банков

Согласно Конституции, Национальный банк – регулятор банковского рынка, который отвечает за монетарную политику и курсовую стабильность. Проще говоря, Нацбанк должен создавать условия для устойчивого экономического роста страны: дешевые кредиты, низкая инфляция, минимальные колебания курса гривни, защита прав кредиторов, возможность гарантированного получения залога с неплатежеспособного клиента и т. д. Но в Украине НБУ – это по сути, карательный меч.

Регулятор должен постоянно пребывать в диалоге с участниками рынка. Однако встречи с главой Нацбанка – это исключительный монолог о «надо» и «необходимо». Даже на совещаниях большой 40-ки – крупнейших банков страны – слово практически никто не получает. Добиться личной аудиенции, чтобы хотя бы выяснить причины пристального внимания НБУ к своему банку, не может не только председатель правления, но и акционер. При этом при Нацбанке – как в лучших коррупционных лавочках страны – действует целый цех посредников, которые предлагают организовать такую встречу за десятки тысяч долларов. И то без гарантии какого-либо конструктивного диалога. Это фееричный уровень прозрачности, который лишь стимулирует коррупцию.

Сигналы о необходимости тому или иному банку «наведаться в бухгалтерию» НБУ зато активно сливаются в СМИ. Постоянный слив информации – моментально поднимает новую волну паники, что никак не стимулирует приток депозитов в банки. А ведь украинские граждане сегодня – главный инвестор для банкиров, а значит – и украинской экономики.

Поскольку рыба гниет с головы, то рано или поздно навыки «брать на лапу» распространяются и на местных чиновников вертикали Нацбанка. Они за последние полгода открыли для себя широкую и глубокую тему торговли банковской тайной. По оперативным сводкам даже проходили данные о раскрытии государственной тайны. Но, по всей видимости, в руководстве НБУ это уже давно никого не смущает. И тем более не смущает то, что такие неконтролируемые сливы могут нанести рынку в целом непоправимый урон.


Реклама