Антикоррупционный портал job-sbu.org > Аналитика > Дело Фирташа. Часть 1: Дела колхозные
Голосование

Донбасс. Новороссия или Украина

Результаты опроса

Дело Фирташа. Часть 1: Дела колхозные

13:57 05.05.2015 684

ws_Picture_file_path_6260Первая часть нашей истории о становлении Фирташа начинается с места его рождения – село Сынькив, Тернопольской области. Итак, жизнь и деятельность самого скрытного украинского миллиардера.
Медкарточка Дмитрия Фирташа
В центре Черновцов, на Театральной площади недалеко от одной из троллейбусных остановок, в маленьком, почти крошечном скверике расположено известное в городе заведение «Hard Rock».
Когда-то здесь находился дом офицеров, но в середине 90-х помещение сдали в аренду некой фирме «Альтаир», хозяйка которого – Марина Калиновская – вместе с партнерами открыла семейный ресторан «Европейский».
То самое место, где могла оборваться жизнь будущего газового олигарха
Двенадцать лет назад, ночью 2 января 1996 года здесь прогремел выстрел, последствия которого могли коренным образом изменить современную историю газовых отношений России и Украины. Стреляли в Дмитрия Фирташа.
В ту ночь в заведении отмечали день рождения супруга хозяйки – уважаемого в городе человека, бывшего цеховика Зиновия Матвеевича Калиновского.
Праздник удался на славу – гости много пили, рассказывали анекдоты и хором желали Зюне долгих лет. Гости вечеринки разошлись далеко за полночь.
Но в зале все еще оставалось несколько запоздалых посетителей. Неожиданно один из них, известный криминальный авторитет Олег Матиего, поднял шум, отказываясь рассчитываться по счету. Выскочив на улицу, он вернулся с пистолетом и стал угрожать персоналу расправой за нанесенное ему оскорбление.
Кое-как успокоив клиента, директор заведения – брат Марины Калиновской, вместе с одним своим московским товарищем уговорили буйного сесть за столик и спокойно поговорить.
«Только начали говорить, как в ресторан врывается Дима. Видимо, ему успел позвонить этот мой московский друг. Дима, злой, в спортивном костюме с порога начал наезжать на этого Матиего, – вспоминает директор. – А он в таких ситуациях был очень резкий парень. Сел, значит, с нами за стол и давай орать: «Слышишь ты, урод, стреляй, если такой храбрый! Стреляй, но завтра тебе бошку оторвут!». Я говорю, Дима успокойся, мы с ним договоримся. Нет, говорит, не затыкай мне рот и продолжает кричать. А этот – обдолбаный и обкуренный беспредельщик, кажется, только этого и ждал. Дима вскакивает и этот отморозок – БАХ! и стреляет! Дима упал, его ранило куда-то в области паха. Все вокруг залило кровью – стол, стены, пол – все в крови! Все орут, у всех паника…

Вид крови не напугал только того самого московского друга. Он первым подскочил к раненому, сорвал с него штаны и вставил два пальца в сочащуюся кровью рану, а пальцами другой руки заткнул выходную рану от пули.

Звали этого гостя Олег Пальчиков. Через одиннадцать лет он будет назначен исполнительным директором RosUkrEnergo. А тот, кого он в крови доставил в областную больницу, станет одним из самых закрытых олигархов новой Украины.

Дмитрий Фирташ и Марина Калиновская. Фото сделано после того, как Фирташ оправился от ранения

Свою жизнь, которая могла так банально оборваться, Дмитрий Фирташ начал в селе Сынькив (в Советское время – Богдановка) Залещицкого района Тернопольской области.

Олигарха и его родственников в этом крае знают не только по газетам. Фирташи – с ударением на последний слог – по словам односельчан, еще с советских времен считаются семьей с большим достатком.

Будущий миллиардер родился 2 мая 1965 года в семье водителя и бухгалтера. Участок с домом Фирташа находится неподалеку от основного русла реки Днестр. Плодородная почва приносила хозяевам богатый урожай помидоров, торговля которыми и обеспечивала семье основной доход.

После каждого урожая Дмитрий Фирташ с отцом нанимали ГАЗ и возили помидоры в Прибалтику (Ригу) или Белоруссию. Дешевый бензин и отсутствие таможенных сборов давали более чем высокие прибыли, позволяющие семье безбедно жить практически круглый год. «За сезон можно было купить машину, – вспоминает Юлий Грабовецкий, тесть олигарха. – И скоро Фирташи таки купили машину – сначала у них была новенькая тройка…».

Односельчане вспоминают Дмитрия Фирташа, как «крупного, полнощекого пацана», излишне стеснительного, с тихим характером. Больше всего будущий олигарх запомнился излишней брезгливостью. Некоторые друзья и родственники до сих пор называют олигарха чистюлей.

Единственным и неоспоримым авторитетом Димы была мама Мария Григорьевна Фирташ (в девичестве Вербовина). Энергичная и властная женщина, она фактически исполняла роль главы семьи. После окончания сельхоз-академии большую часть своей жизни Мария Григорьевна проработала бухгалтером на сахарном заводе.

Отец Фирташа Василий Дмитриевич особого влияния на сына не имел, хотя и очень его любил. Старшего Фирташа знали, как знатного рыбака и отличного водителя. После длительной работы в колхозе он устроился инструктором по автоделу в местной школе. Следуя семейной традиции, Дмитрий Фирташ научился водить грузовики еще будучи подростком.

Когда будущему олигарху было семь лет, отец попал в тюрьму. Возвращаясь с работы, Василий Дмитриевич передал управление грузовой машиной своему другу, завгару. Прямо перед домом Фирташей грузовик наехал на школьника. Мальчик скончался на месте.

Поскольку путевка на грузовик была выписана на Василия Фирташа, он, по словам родственников и односельчан, решил взять вину на себя и выгородить завгара. Суд приговорил его к трем годам колонии общего режима.

В школе Дмитрий Фирташ особым старанием не отличался. Учился в основном на тройки-четверки. Ненавидел математику. Зато на уроках физкультуры и военной подготовке всегда был среди первых.

После школы Дмитрий Фирташ хотел поступить в Железнодорожный институт. Но уровня знаний будущего газового магната для этого было явно недостаточным. Молодой выпускник решил пойти более легким путем – поступил учиться в железнодорожное училище в Красном Лимане, Донецкой области, на специальность машинист локомотива.

Прямо из училища Дмитрия Фирташа забрали в армию. Начинал службу в школе сержантов ракетных войск под Котовском. Через год был переведен заместителем командира взвода в воинскую часть в Хмельницком. Окончил службу старшим сержантом.

Единственное белое пятно армейских лет Дмитрия Фирташа – награждение «Орденом боевого красного знамени». Сразу после службы он несколько раз показывал родственникам соответствующие удостоверение и медаль.

В те годы такой чести удостаивались за «особую храбрость, самоотверженность и мужество, проявленные при защите социалистического Отечества». Однако в военных действиях Дмитрий Фирташ не участвовал. А за что он мог быть награжден Орденом во время мирной службы — так и остается неизвестным. Наличие ордена Фирташ особо не афиширует, а от расспросов родных отмахивается лаконичным «Нельзя говорить».

– После армии он еще какое-то время продолжал думать об учебе в институте, но потом, видимо, изменил свои планы и заговорил совсем о другом – о женитьбе, – рассказывает мама бизнесмена Мария Фирташ.

Со своей будущей первой женой – Людмилой Грабовецкой – Дмитрий Фирташ познакомился еще в третьем классе. Люся, как ее до сих пор называют родственники, была из образованной семьи – ее отец Юлий Францевич Грабовецкий работал директором школы, где учились будущие молодожены, а мама в той же школе преподавала математику.

Интересно, что самому просить руки будущей супруги у ее отца Дмитрий Фирташ не решился, и послал маму.

– Мы были знакомы уже много лет. Я его знал с детства и был очень удивлен, когда узнал, что он постеснялся прийти ко мне сам, – вспоминает отец Людмилы, – Пришла Мария Григорьевна и не церемонясь говорит: «Ну что, будем сватами?». Я подумал, любовь есть любовь, зачем им мешать – потом всю жизнь буду плакать.

Сейчас Юлий Францевич о своем решении не жалеет. Родство с олигархом имеет немного минусов. Правда, чтобы поговорить с зятем приходится звонить на мобильный его охраннику.

Свадьбу Фирташа сыграли в феврале в одном из ресторанчиков в Залещиках. В стране только начиналось введение сухого закона: на свадьбы разрешалось приглашать не более пятидесяти человек, с расчетом – бутылка водки или шампанского на четверых. Чтобы собрать всех желающих, нашли какого-то односельчанина, у которого в тот же день был день рождения.

Впрочем, родственники вспоминают, что не смогли уговорить Фирташа выпить даже на собственной свадьбе. Еще в детстве Мария Григорьевна наказала сына за то, что выпил рюмку спиртного. С тех пор и до сегодняшнего дня Дмитрий Фирташ алкоголь не пьет.

После женитьбы подрастающий магнат решил устроиться машинистом в местное депо.

– Но у нас здесь не было электрифицированных дорог, а работать на дизеле он не хотел, – рассказывает односельчанин Фирташа. – Был большой чистюля! Не хотел, чтобы от него бензином воняло. Так и говорил.

Распрощавшись с мечтой о карьере железнодорожника, Дмитрий Фирташ купил на деньги родителей оборудование для обогрева теплиц и снова занялся выращиванием помидоров.

Когда торговля помидорами стала невыгодной, молодой семьянин решил выращивать розы. «Но когда узнал, что это связано с химией и всякими удобрениями, отказался, – рассказывает дядя олигарха Петр Дмитриевич. – Мама его и Люся говорили, что не захотел портить им здоровье».

Вместо выращивания роз, будущий газовый магнат занялся разведением… песцов. «Купил где-то в Закарпатье штук тридцать маток, и начал торговать шкурками. По всему двору стояли ящички, судочки, и они вместе с мамой и женой круглый год за ними ухаживали. Зверюшек Фирташи убивали электрическим током здесь недалеко на одной на ферме», – вспоминает Юлий Францевич.

Судя по всему, семья Фирташей действительно была более чем обеспеченной – одна самка песца на тот момент стоила около тысячи рублей. В 1980-х годах тридцать тысяч рублей водились не в каждой сельской семье.

Впрочем, новое хозяйство приносило достаточно большой доход. Сырье возили продавать в Москву, а официальная цена одной шкурки колебалась в пределах 100 долларов.

В период перестройки пушной бизнес не заладился, и Дмитрий Фирташ решил перебраться в город. В 1989 году дядя помог ему устроиться водителем в пожарное отделение Черновицкой обувной фабрики. График работы был очень щадящий – сутки через трое и очень редкие выезды. В целом он был доволен новым местом, а в свободное от работы время занимался мелкой торговлей.

Новую жизнь омрачала болезнь отца – в середине 89-го врачи поставили ему диагноз рак легких. После длительного лечения ему вырезали правое легкое. В 1991 году Василий Дмитриевич скончался.

После смерти отца Дмитрий Фирташ какое-то время продолжал работать пожарным. И возможно, он до сих пор бы исправно ходил на работу в обувную фабрику и колесил на стареньких неуклюжих ЗИЛах и КАМАЗах. Его судьбу изменил начальник пожарной охраны города Юрий Константинович Гулей.

Это был близкий друг семьи – хорошо знал отца олигарха и его дядю Петра Фирташа. После переезда Фирташа в город, Гулей взял его под свое покровительство.

Родной дядя Дмитрия Фирташа Петр, вопреки миллиардам племянника, продолжает работать трактористом

– Парень он был неплохой. Шустрый, не курил не пил, – вспоминает друг семьи. – Было только одно. Через некоторое время начали замечать, что он занимается торговлей гамашами (валенки с калошами), которые изготовлял завод. Перебросит ночью через забор пятьдесят-шестьдесят пар, а утром выезжает, забирает и продает. Как-то его на этом его словили. Звонят мне в три часа ночи, спрашивают: «Ваш брат Фирташ? Он тут у нас в КПЗ». Я приехал, его выпустили – вроде, дело мелкое. После этого у нас был жесткий разговор, и он вроде все понял.

Чтобы уберечь подопечного от подобных недоразумений, Юрий Гулей выдал ему бордовую шестерку и приобщил к торговле сахаром и бензином. «Он быстро вошел в курс дела и проявлял большое усердие, – рассказывает бывший начальник городской «пожарки». – Вообще он был очень упрямым. Если надо было, мог поехать ради заработка даже в Самару».

В середине 1991 года Гулей порекомендовал Дмитрия Фирташа своим партнерам Марине Калиновской, ее мужу Зиновию и брату Петру Москалю.

Семейный подряд специализировался на торговле консервацией и соками. Бывший цеховик Черновецкого быткомбината Зиновий Калиновский знал это дело еще с глубоких советских времен.

Еще в конце семидесятых, когда Дмитрий Фирташ беззаботно пас коров на холмах Залещиков, Калиновский уже вовсю полулегально производил жестяные крышки, а во время урожаев брал в аренду мини-заводы, закатывал огурцы и помидоры и большими партиями переправлял в продажу на Урал.

Марина Калиновская (в девичестве Москаль), выпускница Черновицкого университета долгое время находилась в тени мужа. Но в конце 80-х Зиновий получил тяжелую травму ноги и не смог продолжить активную деятельность. В семье росли двое сыновей, которых надо было как-то кормить, и Марина устроилась банщицей в сауне гостиницы «Черемош». Сотрудники гостиницы, оставшиеся еще с тех времен, отзываются о ней как о грубой, жесткой женщине с тяжелым характером.

Проработав в сауне меньше года, Марина решила воспользоваться широкими связями мужа и ушла работать в частный сектор. В это время и состоялось знакомство с Дмитрием Фирташем.

– Гулей часто о нем рассказывал, хвалил, как умного и упрямого парня, – вспоминает брат Калиновской Петр Москаль. – А потом как-то привел его и попросил к чему-то его пристроить. Но первое время никто к нему серьезно не относился, так, давали какие-то мелкие поручения…

Вскоре Калиновские вместе с друзьями решили открыть собственную фирму. Название компании, ставшей зародышем RosUkrEnergo, придумывали наспех в ночь накануне регистрации. Остановились на КМИЛ – аббревиатуре от «Калиновская Марина и Любовь». Причем последнее слово не из романтических соображений, а в честь близкой подруги Марины – Любы Свиняко.

Но газ в ассортименте товаров КМИЛ появился значительно позже. Начинали все с тех же консервов, соков и сахара. А первые большие деньги заработали в начале 1992 года на сухом молоке.

Это была первая сделка, в которой Дмитрий Фирташ и Марина Калиновская работали в паре. Все началось с рассказа общего знакомого Марины и Юрия Гулея о том, что в Узбекистане есть человек, готовый купить крупную партию сухого молока.

Связи нашлись быстро. Друг Гулея работал директором «Укрмясомолторг» в Хмельницкой области, а деньги одолжили у знакомого Зиновия Калиновского, работавшего в местном «Лесбанке».

В силу служебного положения сам Гулей побоялся ехать и договариваться о коммерческой поставке молока. На переговоры отправились Дмитрий Фирташ и Марина Калиновская.

По всей видимости, тогда будущие партнеры и присмотрелись к друг-другу. Марину и в работе, и в жизни всегда привлекали тихие сдержанные мужчины. Сама же Калиновская своим жестким и немного грубым характером была похожа на мать Дмитрия Фирташа.

Это был первый и последний раз, когда Фирташ сопровождал Марину в качестве водителя.

Правда, эта же история в пересказе Дмитрия Фирташа в интервью Financial Times выглядит куда более героической. Видимо, случайно, в публикации в британской газете он ошибется в годах и припишет весь успех сделки лично себе. «В 1988-1989 гг. нам удалось провернуть действительно крупную сделку. Один из моих приятелей, живший в Узбекистане, предложил поставить туда дефицитное тогда сухое молоко, пообещав хорошо заплатить. Я убедил директора завода — производителя сухого молока продать мне 4000 т и занял на это 5 млн руб. у своего друга-банкира. Он дал мне эти деньги под честное слово. Я отправил в Узбекистан сухое молоко…»

В этом же интервью Дмитрий Фирташ утверждает, что именно тогда он заработал «очень большие для Черновцов деньги» и уже в 1990-1991 году переехал торговать продовольствием в Москву.

На самом деле, еще до середины 1992 года он продолжал ездить на старой бордовой шестерке Юрия Гулея, и у него только начиналась карьера в КМИЛ. В августе 1992 года он был назначен заместителем директора по коммерческой части фирмы, а с ноября того же года работал на должности коммерческого директора с окладом в 20 000 рублей (около $123). Кстати, точно такой же оклад был у Зиновия Калиновского, работавшего директором по производственной части.

По словам сотрудников КМИЛ, уже к концу года тандем Марины и Дмитрия был настолько сплоченным, что сказать, кто кем руководил, было сложно. Это признают и родственники Марины Калиновской, и друзья Дмитрия Фирташа.

Разрастаясь, бизнес Калиновских постепенно становился общим. Фирташ вытеснил из окружения Марины и ее мужа, и брата. На переговоры Калиновская все чаще брала с собой молодого перспективного дельца.
Торговля овощепродуктами постепенно переросла в небольшое производство. Партнеры купили маленький консервный завод и открыли еще одну фирму, занимавшуюся транспортными перевозками. В том числе маленькая транспортная компания была зарегистрирована в Германии.

Жемчужиной общего бизнеса стал ресторан «Европейский». Стараниями директора Петра Москаля в заведение приезжали выступать многие звезды российской и украинской эстрады – Валерий Сюткин, Таисия Повалий, Наталья Королева… Здесь же в 1996 году Дмитрий Фирташ был тяжело ранен неосторожным выстрелом местного бандита.

Если бы не находчивость оказавшегося рядом Олега Пальчикова, рана Дмитрия Фирташа могла оказаться фатальной. Правда, к тому моменту в Черновцах Пальчикова, который сейчас ведает многомиллиардным бизнесом и огромными газовыми потоками RosUkrEnergo, уже знали как весьма неблагонадежного партнера.

– Когда-то я работал в центральном ресторане в Норильске, за полярным кругом. Олег Пальчиков и его друг Юра Аристов очень любили, как я пою, и часто приходили послушать. Так мы и подружились, – рассказывает брат Марины Калиновской. – Когда КМИЛ немного поднялся, я о них и вспомнил. Олег тогда уже жил очень и очень прилично, не сравнить с нами. Он ездил на 500-м Mercedes, вся Москва была обклеена фотографиями его жены Лены, она работала фотомоделью. У него в квартире я впервые увидел джакузи и был в шоке от того, что туда писала кошка.

В целом, Олег внушал доверие, и мы заключили сделку о поставке на 150 тысяч долларов фруктовых соков. Товар мы отправили, но оказалось, что нет ни той фирмы, адрес которой нам дали, ни того офиса. Олег нас просто кинул и денег так и не вернул!

Но через какое-то время Олег Пальчиков и Дмитрий Фирташ нашли намного более выгодную почву для сотрудничества, чем торговля дешевыми соками. Будущие коллеги по газу начинали с торговли водкой.

В 1995 году у Дмитрия Фирташа возникли серьезные проблемы с правоохранительными органами. Будущего газового монополиста подозревали в контрабанде.

Были ли у следствия объективные причины для этого, неизвестно. Друзья рассказывают, что за Дмитрием Фирташем довольно долго шла слежка. «Он заходил в ресторан «Европейский», потом под каким-то предлогом уходил в подсобку, а оттуда выходил через черный выход», – рассказал УП бывший сотрудник заведения.

Но все эти ухищрения не помогли. Летом 1995 года Дмитрий Фирташ был арестован по подозрению в контрабанде большой партии спирта.

Сразу освободить партнера по бизнесу Марине Калиновской не удалось. Сложность состояла в том, что дело одновременно вели и милиция, и прокуратура, и СБУ. Договориться со всеми было нелегко, хотя в ход шли все средства.

По рассказу друзей, вытащить его из изолятора помог случай.

– Мы делали все, чтобы как-то посадить за один стол и этого милиционера, который вел дело, и следака из прокуратуры, и ответственного за дело из СБУ. Пытались пролезть к этим держимордам через самые высокие кабинеты, а помог нам человек совсем не того масштаба, – улыбается один из соучастников освобождения Дмитрия Фирташа. – Был у меня тут недалеко друг, председатель колхоза. И к нему часто приезжали высокие гости, угощались, общались как тогда было положено большим чиновникам. И случайно оказалось, что он знает всех их троих!

В один из вечеров в доме у этого председателя колхоза собрались представители следствия от милиции, прокуратуры, СБУ. Как и чем друзья и родственники уговорили отпустить Дмитрия Фирташа, так и осталось неизвестным.

Сейчас только рассказывают, что и публично, и на той встрече самым категоричным был представитель МВД – начальник областного управления по борьбе с организованной преступностью Иван Николаевич Мирный. «Он прямо говорил, что Дима не выйдет никогда!» – вспоминает один из участников тех событий.
Но начинающего олигарха все же выпустили, а дело закрыли за недоказанностью. В СИЗО он провел три месяца.
Фото со дня рождения Марины Калиновской. На переднем плане слева — Иван Мирный, бывший глава УБОП Черновицкой области. Фирташ — по центру в белой рубашке

А спустя некоторое время тот же самый Иван Мирный стал начальником личной охраны совладельца RosUkrEnergo. На день рождениях и прочих праздниках принципиального экс-главу УБОП области приглашают за общий стол, где он гордо сидит рядом со своим бывшим подследственным.

По материалам: argumentua.com


Реклама