Антикоррупционный портал job-sbu.org > Аналитика > Адвокат пытается оставить за собой жилье, доставшееся ему благодаря афере
Голосование

Донбасс. Новороссия или Украина

Результаты опроса

Адвокат пытается оставить за собой жилье, доставшееся ему благодаря афере

14:38 02.11.2016 268

01s08 foto kопіюватиЭтой истории уже десять лет. На протяжении последних шести за ней следят «ФАКТЫ». За это время многое изменилось. Отошли в мир иной люди, которые судились за трехкомнатную квартиру в центре Полтавы, — 51-летний вдовец, отец четырех детей, единственный законный наследник жилья Владимир Слон, и дожившая до 90 лет бывший педагог Алина Высоцкая (имя изменено), которая с помощью влиятельного родственника пыталась завладеть чужой недвижимостью. В спорную квартиру № 12 по улице Котляревского въехал вместе со своим новорожденным сыном Андрей Шульга (имя изменено), внук Алины Высоцкой. Он до сих пор живет в этой квартире, не имея на нее никаких прав. А Яне Слон, унаследовавшей судебное дело отца, с маленькой дочкой на руках пришлось идти в дом свекров…
Увы, не меняется только судебная система, действующая в интересах власть имущих. Юрист Андрей Шульга, занимающийся адвокатской практикой, под покровительством своего влиятельного деда — ректора одного из престижных юридических вузов страны — умудряется находить лазейки в законодательстве, лишь бы оттянуть момент выселения из незаконно захваченной квартиры. И полтавская Фемида его в этом поддерживает.
Напомним читателям эту давнюю историю.
Жила в Полтаве уважаемая семья — Иван Иванович Дяченко, фронтовик, директор престижной средней школы № 3 с углубленным изучением иностранных языков, и Акилина Федоровна Андрейко, занимавшая должность заместителя председателя облисполкома, а после выхода на пенсию организовавшая городское общество книголюбов. Говорят, эта интеллигентная семья обладала самой большой домашней библиотекой в Полтаве и с удовольствием делилась своим собранием с любителями книг. Особенно часто Иван Иванович подыскивал что-нибудь интересное и познавательное для детей, проживавших по соседству. Вот только собственных детей у супругов не было.

Самые близкие их родственники жили в селе Рыбалки Козельщинского района на Полтавщине, откуда была родом Акилина Федоровна. Там у нее оставалась двоюродная племянница Варвара Александровна Слон, которой пришлось заменить маму своим четырем внукам. Ее невестка умерла от саркомы, когда младшему Ванечке исполнилось всего семь месяцев. Четыре годика было его старшему братику Жене, а сестричкам Вике и Яне — десять и двенадцать. В этих детях бабушка Киля и дедушка Ваня души не чаяли, о них знала вся пятиэтажка по улице Котляревского, 32. Соседи вспоминают, что на каждые праздники супруги отправляли деткам подарки и помогали деньгами.
Сельская родня тоже не забывала пожилых супругов — раза два в месяц Владимир Слон, сын Варвары Александровны, приезжал в Полтаву на своих стареньких «Жигулях», привозил молоко, мясо, овощи… В общем, делился всем, чем мог. А Иван Иванович собирался завещать Владимиру Слону свою трехкомнатную квартиру. Они неоднократно планировали оформить сделку нотариально, но, как назло, в контору по разным причинам так и не дошли…
Никто не думал, что бодрый и энергичный Иван Иванович Дяченко, в последние годы присматривавший за Акилиной Федоровной, которая страдала сахарным диабетом и уже практически не поднималась с постели, подхватит простуду и скоропостижно скончается. Спустя три месяца после смерти мужа, 4 июня 2006 года, умерла и бабушка Киля. Именно в эти три месяца, а точнее в последние три недели жизни Акилины Андрейко, Алина Высоцкая (скорее всего, не без помощи юридически подкованных родственников) и провернула аферу, лишив наследства Владимира Слона и его четырех несовершеннолетних детей.
— Девочки Яна и Вика по очереди приезжали за семьдесят километров из Рыбалок в Полтаву, чтобы присматривать за Акилиной Федоровной, — рассказывали корреспонденту «ФАКТОВ» соседи и друзья пожилых супругов. — Но обе учились в выпускных классах, и им тяжело было совмещать учебу с уходом за больной родственницей. Поэтому для Акилины Федоровны начали подыскивать сиделку. Именно в этот тяжелый период к лежачей больной заявилась ее знакомая Алина Высоцкая, которая согласилась присматривать за ней. Правда, не безвозмездно. Она сначала настаивала, чтобы Акилина Федоровна отписала ей одну комнату. Но хозяйка с этим условием не согласилась, пообещав платить триста гривен в месяц.
Очень скоро «сиделка» показала, кто в доме хозяин. Она быстро отшила людей, вхожих в дом ее подопечной. Отключила в ее комнате телефон, который был единственной связью лежачей больной с миром, и перестала пускать к ней посетителей.
Соседи и друзья Акилины Андрейко забили тревогу и, собравшись вместе, настояли, чтобы Алина Высоцкая покинула дом, оставив больную в покое.
— Если бы не эта женщина, Акилина Федоровна еще пожила бы, — уверена соседка Алла Ивановна Солошенко. — Жаль, что мы не сохранили в качестве доказательства полупустую упаковку снотворных таблеток, которые обнаружили под подушкой больной. Скорее всего, Высоцкая поила ее снотворным, чтобы с ней было меньше забот. Не причесывала, не мыла — и у больной появились пролежни, не кормила как следует. Но больше всего меня возмутило то, что она экономила на памперсах. То ли сушила их, то ли стирала. Во всяком случае, не выбрасывала, а складывала в отдельной комнате. Смрад в квартире стоял невыносимый.
— Когда «сиделка» ушла, ее подопечная расплакалась: «Я ее боюсь. Она меня задушит, если не отпишу ей квартиру. Но я никаких бумаг не подписывала», — рассказывала знакомая Акилины Андрейко Вера Конюшенко.
Буквально на следующий день неравнодушные люди вызвали к Акилине Федоровне частного нотариуса, и в присутствии свидетелей она подписала завещание на своего ближайшего родственника Владимира Слона. А через четыре дня ее не стало.
Афера, которую провернули родственники Алины Высоцкой, раскрылась через полгода, когда Владимир Слон пришел в нотариальную контору оформлять на себя завещанную квартиру. Первым претендентом на нее оказалась… «сиделка». И хотя суд доказал, что расписка с завещанием на ее имя была поддельной, тем не менее квартира отошла ей. Вопреки всем юридическим нормам и здравому смыслу.
— Судебная экспертиза установила подлинность подписи Акилины Андрейко на завещании своей квартиры в пользу Владимира Слона и подделку ее подписи на расписке, сочиненной Алиной Высоцкой, — рассказывает адвокат потерпевших Елена Панченко. — В исковом заявлении о признании ее права на собственность квартиры Высоцкая указывала, что, дескать, они вели совместное хозяйство с Андрейко на протяжении десяти лет. При этом почему-то нигде не фигурировало имя Ивана Ивановича Дяченко, хотя он умер всего на три месяца раньше супруги и до последнего находился в здравом уме и при памяти. Судья Октябрьского районного суда Полтавы, которая изначально рассматривала это производство, а позже стала судьей в областном апелляционном суде, «не заметила» столь очевидного факта. Наоборот, признала истицу наследницей первой очереди.
Кстати, в ходе судебных разбирательств из дела вдруг исчез… оригинал завещания Акилины Андрейко на имя Владимира Слона. Документы нашлись только после того, как адвокат вдовца подала жалобу на имя председателя суда.
Все, кто знал о ситуации не понаслышке, были возмущены судебным произволом и стали добиваться справедливости. Годами, пока длилось судебное разбирательство, люди ходили в суды, свидетельствуя в пользу многодетного вдовца. Но все показания свидетелей толковались как показания «заинтересованных лиц». Зато судьи безоговорочно принимали наглое вранье второй стороны, действительно заинтересованной в том, чтобы отхватить лакомый кусочек жилплощади.
Зять Высоцкой, представлявший ее интересы в суде, а также ее дочка и внук, выступавшие свидетелями, доказывали (причем без предоставления соответствующих документов), что Алина Петровна десять лет заботилась о покойных супругах и материально им помогала, проживая вместе с ними в их квартире. Интересно, что изначально она утверждала, что присматривала за Акилиной Федоровной всего несколько недель. Тем не менее ни районный, ни апелляционный суды не замечали этих разногласий, принимая решения, выгодные для родственников ректора юридического вуза. Не исключено, что на судей давили сверху.
Чтобы отстоять права малолетних детей Владимира Слона, в дело вынуждена была вмешаться областная прокуратура. Общими усилиями удалось добиться запрета на продажу спорного жилья. Поэтому профессиональному юристу со связями Андрею Шульге, получившему квартиру в подарок от своей матери (которая в свою очередь досталась ей в наследство от матери Алины Высоцкой), не удалось ее скоропалительно продать.
В 2012 году Верховный суд Украины остановил правовой беспредел. Дело снова вернулось на рассмотрение в суд первой инстанции. Новая судья приняла решение, прямо противоположное первому, признав законным наследником Владимира Слона. Увы, он так и не дождался, когда это решение вступит в законную силу. Мужчина умер от острой сердечной недостаточности.
«Володя однажды сказал: „Я не выдержу. Они добьют меня“
— Володя, наверное, чувствовал, что все закончится именно так, — вытирает слезы 74-летняя мама умершего Варвара Александровна. — Как-то расплакался: „Я не выдержу. Они добьют меня“.
А судебная тяжба за квартиру продолжается до сих пор. Договор дарения квартиры на имя Андрея Шульги признан недействительным, и суд обязал истребовать ее из незаконного владения в пользу Варвары Слон, ставшей опекуном для двух несовершеннолетних внуков. Но уверенности в том, что адвокат в ближайшее время съедет с квартиры, которая ему уже не принадлежит с апреля прошлого года, нет.
— Должник Андрей Шульга не исполнил судебное решение — квартиру не освободил, — рассказывает адвокат Елена Панченко. — Поэтому были поданы заявления в исполнительную службу Октябрьского района Полтавы, которая вынесла постановление о его принудительном выселении. По адресу, где Шульга зарегистрирован, были направлены копии постановлений государственного исполнителя об открытии исполнительного производства. Как положено, заказным письмом с обратным уведомлением. Однако оно вернулось обратно по причине истечения срока хранения. Шульга сознательно его не получил, чтобы оттянуть момент „капитуляции“. И раскрутил новый виток судебных разборок. На этот раз с исполнительной службой, которая наложила на должника штраф за неисполнение судебного решения, а также арест на его денежные средства и имущество. Кроме того, направила два ходатайства в Октябрьский райотдел полиции о привлечении его к уголовной ответственности за уклонение от исполнения решения суда.
Теперь Шульга заявляет: „Я бы тут же освободил квартиру, если бы знал, что кассационный суд оставил в силе решения суда первой и апелляционной инстанций. И если бы знал об открытии исполнительного производства. Но я не был об этом извещен надлежащим образом“. Интересно, что Шульга решения судов все-таки частично исполнил, оплатив судебные издержки. А вот квартиру отдавать не желает. При этом районный суд вынес положительное решение в пользу исполнительной службы, признав законность ее действий, а коллегия судей Апелляционного суда Полтавской области удовлетворила апелляцию Шульги, указывая в своем решении, что должнику исполнить решение суда препятствовали… уважительные причины. При этом суд не учел (а может, не захотел этого сделать), что на момент наложения штрафов дело уже было рассмотрено кассационной инстанцией, которая оставила в силе решение судов об истребовании квартиры.
— По-вашему, как долго еще продлятся разбирательства?
— Яна Слон подала исковое заявление в Октябрьский районный суд Полтавы о выселении Андрея Шульги из квартиры, изначально завещанной ее отцу. Заседание назначено на шестое декабря. Решение должно будет пройти апелляцию и кассацию, после чего снова будет направлено в исполнительную службу.
Но на днях стало известно, что Верховный суд Украины принял к рассмотрению заявление Шульги о пересмотре решения кассационной инстанции о принудительном изъятии у него жилья, полученного путем обмана. Как показывает практика, это случается очень редко, и мы обеспокоены этой новостью. Нельзя исключать выгодных для семейства Шульги договоренностей, которые мог провернуть его влиятельный родственник. Неслучайно заявление подали в последний момент, почти через год после решения кассационной инстанции. Как бы там ни было, дело опять отправится в Киев. У меня уже опускаются руки…
— До сих пор не могу без слез вспоминать, как Шульга выбрасывал меня, студентку, из этой квартиры, — говорит 26-летняя Яна Слон. — Я паковала вещи, а люди, которых он привел, вставляли новые двери. Тогда его родственники только выиграли апелляцию, и я не знала, что они действуют незаконно, ведь нужно было еще дождаться решения кассационной инстанции. Это теперь я разбираюсь в юридических тонкостях. Сейчас со мной такой номер не прошел бы…

По материалам: fakty.ua


Реклама